И переключилось даже не в тот момент, когда они возлегли. А тогда, когда они с Ташей нашли Аринэля и Цеси в комнате с ранеными. По крайней мере, за себя Дара могла сказать именно так. В той комнате, где пахло кровью, на них посмотрел не мальчик, а мужчина. Усталый взгляд воина, который только что смотрел смерти в глаза… И победил. В этом взгляде была сила. Немного грусти. Тепло. К ним. Это такой взгляд, от которого делается… В животе что-то сжимается. Сладко.

И ясно было, как светлый день, что все эти, кто потом появился, испытывают то же самое. И Саманта из-за этого бесилась, сейчас-то она, прям копия мать, спокойная, холодная. А в то лето будто с углем за пазухой постоянно бегала. Каминан, там вообще… У нее даже рот приоткрывался, когда Айри видела. Совсем девчонке голову закрутило. И это даже нормально, у нее же сбылась мечта…

… Когда они в тот день прибыли в замок, то увидели вяло переругивающегося с Юлисой Аринэля, который лежал на животе. Правая ягодица и бедро у него были синюшного цвета.

Потом был плотный ужин, где Цеси опять всех искусила своими пирогами. И после этого Даяна утащила Аринэля спать.

А затем вился неспешный разговор, при неярком свете. Беседа разумных, которые сделали трудную и смертельно опасную работу. И делали ее уже не раз. Не было надрывных речей и выпячивания своих действий. Они просто разговаривали… Родные уже разумные.

Даяна объяснила, что им не удалось эту матку приземлить, она оказалась какой-то шибко умной. Дара рассказала, как видела, что первые ряды рыцарей, словно споткнулись, когда накатили на антов. Антария хмуро заметила, что легион тоже сражался очень тяжело. Много прорывов. Юлиса же заметила, что раньше, например, во времена Терона Аассена, вполне практиковалось такое, что погибало пару легионов, прежде чем антов истощали настолько, что конница могла пробиться к матке. Да и то, помня, как погиб Терон, это еще не гарантировало, что матку убьют.

А на следующий день Айри попал к целителям. Саманта потом объяснила, что он что-то там сделал с энергией и сильно истощился. И Таша взглядом буквально пригвоздила ночных любительниц постельных утех. Цеси даже растерялась под этим холодным и… злым взором. Но Анти пояснила, что это тут вообще ни при чем. Дело абсолютно в другом. Но факт в том, что Таша способна даже своих за Айри… осудить.

Странная у них семья. Странная даже для таких оригиналов, как Тайфолы. Одаренные и неодаренные. Орчанки и люди. Взрослая женщина. И самое интересное, что даже когда рядом с Айри появились сестры Алестис, Дара, как не пыталась, не могла ощутить, что кого-то или вот даже ее, отставили в сторону. А ведь Алестис, они же вообще, ну с самого верха Империи. Да и Аванти не занимать высокомерия.