Дверь, ведущая к выходу из клуба, содрогнулась под тяжелым ударом.

«А вот и танковая бригада!»

Несмотря на то что фургон подъехал почти вплотную к дверям «Заведения Мрака», им все равно пришлось надеть защитные комбинезоны: достаточно было одного мгновения под проклятым солнцем, чтобы заработать болезненный ожог.

Первую, железную дверь Шарлотта открыла с помощью черной пластиковой карточки Артема, которую получила от Сантьяги. Охранники не успели среагировать на появление перед объективом видеокамеры трех фигур: в случае необходимости масаны умеют двигаться очень быстро, и их перемещения выглядели на мониторах размытой картинкой, случайной помехой.

— Лазарь с нами! — Шарлотта ворвалась в тамбур, отбросила одного из громил к стене, сорвала с головы шлем, взмахнула длинными кудрявыми волосами. — Лазарь с нами!

Дверь за ее спиной захлопнулась, и ни один луч солнца больше не проникал в «Заведение Мрака».

— Охота! — Грегуар подбросил перепуганного охранника вверх и разорвал ему живот. Горячая кровь хлынула на Малкавиана. — Охота!!

Захар Треми, первым полностью освободившийся от комбинезона, подбежал ко второй двери и нанес по ней сильнейший удар. Дверь содрогнулась.

— Как она открывается?

— Вот так!

Шарлотта разобралась с управлением, и масаны прыгнули в полумрак клуба.

— Охота!

— Пища!!

— Лазарь с нами!!!

Их было всего трое, но шансов у находящихся в «Заведении Мрака» челов не осталось: масаны быстрее, масаны сильнее, масаны наводят ужас…

Пуля взвизгнула, задев плечо, но Шарлотта не чувствовала боли, и стрелявший тоже перестал ее чувствовать. Навсегда. Грегуар, рыча от ярости и наслаждения, рвал на части охранников, упиваясь потоками крови.

— Охота!!

— Лазарь с нами!!

«Малкавианы, безумцы! — Захар торопливо окутывал клуб ментальным покровом, беря под контроль находящихся в нем челов. — Договорились же: сначала пересчитать пищу, поделить, а уж потом высушивать ее!»

— Лазарь! — Покрытая кровью Шарлотта вскочила на стол и раскинула руки. — Это все для тебя!!

«Сумасшедшая!».

— Инга! — Артем снес очередную дверь, заглянул в комнату. Никого. — Инга!!

В конце коридора мелькнула чья-то тень.

«Мелькнула, значит, боится, а если не боится, то пусть приходит!»

В правой руке по-прежнему была «гюрза».

— Инга! — Наемник вышиб следующую дверь.

Из бара доносились отчаянные вопли челов и рычание пирующих масанов.

«У кого-то праздник, а мне приходится искать свою взбалмошную девчонку!»

Наемник ворвался в очередную комнату, видимо, кабинет: письменный стол, компьютер, большое кожаное кресло, в котором сидела грустная рыжеволосая девушка.