— Так давай, посмотри, ты ж крутой, да? — усмехнулся я, хотя в груди похолодело, а мышь впилась клыками в сердце. — Так почему бы не посмотреть на женские платья и бельё? Может, себе что-нибудь присмотришь. Вперёд, брат, давай.

— Чё ты сказал⁈ — моментально воспалился он, но Сашко только повёл пальцем и чувака, как ветром сдуло.

— А кстати, с кем это я тебя видел в тот раз в клубе, а?

— Да, я тех парней толком не знаю, — пожал я плечами. — Один раз пересекались, они типа хотели отметелить меня, но я разрулил.

— Как это? — прищурился Сашко.

— Один на один договорился порешать.

— Фига се ты камикадзе, братан, — с издёвкой засмеялся Сашко. — Не зассал что ли с таким мясом биться? Ну, молодец, чё. Только эти пидоры меня не интересуют. Я тебя про девку спрашиваю.

Блин! Настя, наверное, сейчас похолодела от страха.

— Я её найду, ты понял? — ухмыльнулся Сашко. — И сделаю с ней такое… Чё приумолк, братуха?

Я изо всех сил старался, чтобы на лице не отразилось ничего, пытался сохранить его каменным, но видать, не справился, тень, похоже промелькнула, потому что Сашко вдруг загоготал.

— А! — заржал он, — нашёл твоё слабое место, да? Всё, пацанчик, подцепил я тебя. Я ведь не шучу, сделаю, как сказал, ты понял?

— Ты палку-то не перегибай, Сашко, — процедил я сквозь зубы.

— Чё ты прохрюкал⁈ — резко оборвал он смех, вскочил и кинулся ко мне.

— Я говорю, что я тебе не Князь.

— И чё это значит? — прищурился Сашко, сжимая зубы и играя желваками.

От него пахнуло пережжённым кофе и затхлой несвежестью.

— Это значит, что если хочешь дело со мной делать, значит веди себя уважительно.

— Чё-чё-чё?!!!

— Знаешь же, что без меня хер, чё получишь, но выносишь мне мозги. Это как? Думаешь, я из страха всё сделаю? Так не работает.

Я видел, что Сашко был взбешён, что внутри у него плясали демоны, рвались бомбы и бушевал жуткий, страшный и разрушительный огонь. Он сжал кулаки и стиснул зубы. На скулах заходили желваки.

Он наклонил голову, приблизился и ткнулся лбом в мой лоб, прожигая горячим взглядом, полным ярости.

— С-сука… — прохрипел он. — Тебе конец, щенок…

— Если бы в моей конторе, — сказал я очень тихо, чтобы, по возможности, слышал только он, — хоть на мгновенье заподозрили, что ты собираешься сделать, к тебе бы тут же, без промедления, в ту же минуту, послали бы охеренный спецназ. Настоящую зондеркоманду. В броне, сука, с огнемётами, с дронами и серебряными пулями. Они бы выжгли ваши земли и вырезали всех твоих людей. Всех! Не оставили бы ни одного человека, не пощадили бы ни Мардою, ни женщин, ни детей. Понимаешь, что я хочу сказать?