– Полегче на поворотах, Настенька, как бы не занесло…
– Мне плевать! Думаете вы такие хозяева жизни, все из себя, да? Думаете, вам все позволено? Я тоже живой человек! И мой ребенок живой!
– Не ори, Настя, я тебя слышу.
Отец спокоен, и слава Богу. Мне вообще не хотелось впутывать его во всю эту историю, но Настя справилась без нас…
– Расскажи-ка мне, как ты забеременела? И зачем? Ты мне чем сейчас угрожаешь? Скандалом? Мне очень страшно, правда, просто пипец как…
– Сволочь ты, как же я тебя ненавижу…
– Неужели? А помнишь, года два назад, даже больше, говорила, люблю тебя, Адам, всегда буду любить, всё для тебя сделаю, что ты там еще плела? Как в ногах валялась, просила тебя оставить, хоть в любовницах, а?
– Скотина.
– Еще раз предлагаю по-хорошему. Подпиши документы, получишь деньги, я могу еще сверху доплатить. И катись обратно в Эмираты, или где ты там сидела. Я даже могу помочь тебе там, если нужно.
– Знаешь, Адам… я бы взяла деньги. Но… без развода. Чтобы Женечка помучался, и твоя дочь тоже! Чтобы ей было так же плохо, как и мне когда-то.
– Закрой рот. Ты совсем попутала берега, Настя. Я тебя…
– Адам! – Ева вскрикивает, и я забегаю в гостиную, не выдерживаю.
– Папа! Не надо.
Торможу в центре, замираю, глядя на развалившуюся в кресле Анастасию.
Красивая она, но такая… ядовитая. Точно, на гюрзу похожа. Смертельная, отвратительная, неприятная красота.
Еще и ухмыляется нагло.
– Не научил папочка, что подслушивать не хорошо, да?
– Научил. Что подслушивать иногда очень полезно.
– Много интересного услышала, Ясмина?
– Анастасия, слушай, ты реально уже переходишь границы. – Папа наклонился, угрожающе нависая над столом, – Если бы не твоя беременность…
– Что бы ты сделал, Агдамов? Убил? Какая же ты мразь! Я… я любила тебя!
– Ты и Руденского любила. Я слышал. Говорила, что он единственный, самый-самый. А потом полюбила меня, просто потому что у меня состояние слегка побольше чем у Жени, да? Но, кстати, он очень хорошо догоняет.
– Я в курсе! Поэтому никакого развода! И ребенка первая рожу ему я! Будет наследник.
– Рожай, кто тебе запрещает? Думаешь, я беспредельщик какой-то? Только Женя всё равно с тобой разведется и женится на Ясмине, а ты… очень хочется стать матерью-одиночкой? Твой выбор. И денег от меня в этом случае ты не получишь.
– Папа, ты ей денег обещал?
– Обещал! Если я устрою так, что Женя останется со мной! Только сейчас переобулся в воздухе. Хорошо, Агдамов, я подожду, когда ты передумаешь. Всем пока. Ясмина, счастливо оставаться.
Она встаёт, уходит. Снова на высоченных шпильках. И я опять думаю, разве можно беременным на таких каблуках? А если упадёт.