— ДА КАК ВЫ СМЕЕТЕ! НАГЛАЯ КЛЕВЕТА!
—…И растлении малолетних с последующим их убийством.
Вот теперь на его лице проскользнул след тревоги. Но лишь на мгновение.
— НЕСЛЫХАННАЯ ДЕРЗОСТЬ! НЕ СМЕЙТЕ В ЗАЛЕ ТРИБУНАЛА РАСКИДЫВАТЬСЯ БЕСПОЧВЕННЫМИ ОБВИНЕНИЯМИ!!!
— В качестве доказательства из дома обвиняемого изъяты видеозаписи с порнографическим содержанием данных действий.
Вот тут он резко заткнулся. У этого куска дерьма необычайно паршивый фетиш, снимать это "действие" на видео, после чего забивать ребёнка насмерть. Мда, вот во что может превратиться человек в среде безнаказанности.
— Вы… это незаконное проникновение на частную территорию! Никто не примет такие доказательства! Вы ничего…
— Никто не примет? А к кому мы собрались обращаться? В этом зале я — судья… и я же — палач. — сказал ему я, нацелив на него пистолет. — Есть что сказать в своё оправдание?
— Вы не посмеете! Это нарушение всемирных договорённостей! У меня международная неприкосновенность! ВЫ У МЕНЯ ВСЕ НА РАССТРЕЛ ПОЙДЁТЕ!
- Вердикт: виновен. Приговор: смерть.
*БАХ*
Раздался выстрел, который окрасил ближайшие стены разорванными мозгами крикливого судьи. Мой пистолет заряжен самым кровожадным видом боеприпасов: экспансивными пулями. То, что происходит с телом человека, после их попадания, даже цензурой не получается полностью скрыть. Было бы время, я бы придумал что-нибудь более подходящее для такой мрази… но увы.
Подумать только, этот урод до самого конца был уверен в своей неприкосновенности. В мире Империалов нет такого понятия, как "неприкосновенность". Ни для чужих. Ни для своих.
И это — общеизвестный факт.
В зале стояла полная тишина. Видимо, остальные тоже были уверены в его неприкосновенности, поэтому сейчас были ошарашены до невозможности.
Продолжаем.
— Вильвет Проконский. — после моих слов, второй судья поднял на меня взгляд, полный ужаса. — Вы также обвиняетесь в получении взяток, превышении судебных полномочий, добровольных приговорах невиновных, коррупции, мошенничестве, шантаже, пособничестве в убийствах, пытках и измене родине.
А вот с этим хреном пришлось побегать. Хорошо заметал следы продажи государственной техники другим странам, в том числе и враждебным.
— Есть что сказать в своё оправдание? — спросил я, направив пистолет теперь на него.
— Постойте! Постойте! Мы же цивилизованные люди! Давайте решим всё мирно! У меня есть деньги, вы все получите столько, что за всю жизнь не потратите! Что скажете?
- Вердикт: виновен. Приговор: смерть.
И ещё один выстрел, закончившийся кровавым цветком. Не потратим за всю жизнь? Он что, со способностью женщин растрачивать деньги плохо знаком? К тому же, у меня на счету средств уже больше, чем найдётся на всей этой планете.