и засучивая рукава. — Вон там бумага и сучья. Сначала разожги их, а потом подбрось угля. — Угля! Ты называешь это углем? — возмутился Тео, с удивлением глядя на грязные комья, выбранные из терриля. — Да, такое у нас топливо. Погоди-ка, я покажу тебе, как надо разжигать печку. Винсент хотел было встать с кровати, но Тео подскочил к нему и закричал: — Болван! Лежи смирно и не шевелись, или мне придется задать тебе хорошую трепку! Винсент улыбнулся — впервые за много месяцев. Улыбка приглушила лихорадочный блеск его глаз. Тео положил пару яиц в один из горшков, насыпал бобов в другой, в третий налил парного молока и стал поджаривать белый хлеб на рашпере. Винсент глядел, как Тео, высоко закатав рукава, хлопочет у печки, и одно сознание, что брат снова около него, было ему дороже всякой еды. Наконец Тео справился со стряпней. Он пододвинул к кровати стол, вынул из саквояжа белоснежное полотенце и разостлал его вместо скатерти. Затем он положил в бобы порядочный кусок масла, отправил туда же сваренные всмятку яйца и вооружился ложкой. — Ну вот, старина, — сказал он, — разевай-ка рот. Один бог знает, как давно ты не ел по-человечески. — Оставь, Тео, — сопротивлялся Винсент. — Я вполне могу есть сам. Тео поддел ложкой яичный желток, поднес его к носу Винсента и сказал: — Открой рот, мальчик, или я залеплю тебе яйцом прямо в глаз! Поев, Винсент откинулся на подушку и вздохнул с чувством глубокого удовлетворения. — Ах, как вкусно! — сказал он. — Я совсем забыл, что на свете есть вкусные вещи. — Теперь уже не забудешь, мой мальчик. — Расскажи мне, Тео, обо всем. Как идут дела у Гупиля? Я изголодался по новостям. — Придется тебе поголодать еще немного. У меня припасено для тебя кое-что, от чего ты сразу заснешь. Выпей и лежи спокойно, пусть еда хорошенько тебя подкрепит. — Но я совсем не хочу спать, Тео. Мне хочется поболтать. Выспаться я могу и потом. — Никто тебя не спрашивает, чего ты хочешь и чего нет. Тебе приказывают. Выпей это, будь умницей. А когда выспишься, я тебе приготовлю чудесный бифштекс с картошкой, и ты сразу выздоровеешь. Винсент проспал до самого вечера и проснулся, чувствуя себя уже гораздо лучше. Тео сидел у окна и разглядывал рисунки брата. Винсент долго молча наблюдал за ним, на душе у него было легко и спокойно. Когда Тео заметил, что Винсент не спит, он встал и широко улыбнулся. — Ну вот! Как ты себя чувствуешь? Лучше? Спал ты довольно крепко. — Что скажешь о моих рисунках? Понравился тебе хоть один? — Погоди, я сперва поджарю бифштекс. Картошку