— Что?

— Софья Лансере… Сегодня реально просто день мистических совпадений… Лансере она была в девичестве, потом вышла замуж за купца первой гильдии Масакадова Руслана. И стала Софьей Масакадовой.

— Масакадовой?

— Да эта Софья Лансере — Софья Масакова, моя пра-прабабушка вроде, в её честь меня назвали. Я даже не знала, что она была художницей. Тут написано, что Лансере — это династия художников и архитекторов. Её отец — архитектор, а мама тоже художница из какой-то тоже семьи потомственных живописцев. Разве не странно, что моя пра-прабабушка написала портрет твоего двоюродного пра-прадедушки?

— Есть такое, — согласился Ник.

— Вот она «вышла замуж в тысяча девятьсот двенадцатом», это через пять лет, когда война закончилась. И, судя по году рождения, ей уже было двадцать восемь, а картину с графом она написала ещё в двадцать лет, получается. Кстати, тут даже нет нигде, что она художница. И никаких картин. Ну или они не сохранились, конечно…

— Так, может, это не она нарисовала? — предположил Ник. — Может, это её мама? Ты же говорила, что она рисовала и из семьи живописцев.

— Хм… Ну, обычно художники так не делают… — задумалась София. — Зачем мама Софьи написала её имя прямо посередине портрета в незабудках?.. Ой!

— Что?

— А может, они жених и невеста? — предположила София и тут же себя опровергла. — Нет… Невозможно. Софья не была дворянкой. А граф Николай — наследник.

— Ну… Они могли быть любовниками, — пожал плечами Ник. — Не смотри на меня так укоризненно. Я просто накидываю версии. Графья вполне себе содержали в любовницах разную богему, типа балерин и художниц.

— Ну да, случалось и такое, — неохотно согласилась София. Нехорошо думать плохо о собственной пра-прабабушке, но, наверное, и такой вариант не стоило исключать.

— Может, уже на боковую? — спросил Ник, сдерживая зевок. — Утром ещё тренировка, да?

— Да, давай спать, — согласилась София и, поставив телефон на зарядку, выключила свет.

Ник лежал отвернувшись на своей половине, но почему-то именно сейчас подумалось, что это от того, что она… не оттолкнула, но не так отреагировала. Поэтому София осторожно подползла, приобняла за плечи и поцеловала в колючий затылок.

— Спокойной ночи.

— Ну вот, замурашила меня всего, — пожаловался Ник и заворчал: — У-у, коварная жена! Теперь укрывай меня, а то я сразу замёрз, и можешь сразу и своим одеялом.

София захихикала, чмокнула его ещё раз и накинула на Ника и своё одеяло, а сама свернулась калачиком за спиной своего мужа и незаметно для себя уснула, убаюканная его запахом.

* * *

Ей снова снилось, как она рисует, смешивает краски на холсте. Обычно София не видела саму картину, просто находилась в ярком светлом сне, но в этот раз на большом станке был закреплён большой холст, на котором уже имелся грубый подмалёвок. И всё же там угадывался всадник на коне.