— Правда? — Аля на миг нахмурилась, а потом расплылась в тошнотворно-приторной улыбке. — Во-ольфик, ты мой сладипулечка! А когда ты пригласишь меня к себе в го-ости? Я так хочу-у познакомиться с твоими роди-ителями.

Янквиц дёрнул щекой, покосился на Софию, которая смотрела, не скрывая неприязни, и опасливо отступил.

— Это… Я там с парнями в очереди стою… — и натуральным образом сбежал.

Аля посмотрела на Софию и приподняла бровь, послав ей хитрый взгляд. София чуть улыбнулась, и они вместе зафыркали, сдерживая смех.

— Я никогда раньше этого не замечала, как ты это делаешь… — прошептала София. У неё на самом деле на какое-то мгновение создалось впечатление, что подруга исходит липким нектаром и желает Янквица заполучить.

— Сама себе верю в этот момент, — криво ухмыльнулась одним уголком губ Аля. — Вот мой секрет.

Они взяли еды и ушли за стол к остальным девчонкам из группы поддержки, всю перемену проболтав о предстоящих съёмках и интервью. Всё же вчерашний гость с телевидения здорово всех раззадорил. И больше даже постфактум. Вчера все как-то постеснялись расспрашивать, выслушав инструкции, а сегодня, всё переварив и по тридцать раз обсудив, появились и вопросы, и предложения, и предположения.

Учёба незаметно подошла к концу, и София получила сообщение от отца.

«Сегодня ужин в ресторане „Пушкин“, в семь. Надень красивое платье и проследи, чтобы Никита был в приличном костюме. Можешь купить что-то новое. Важные переговоры».

Следом пришло сообщение от мамы: «Не заезжай домой, будь к четырём в „Афродите“, 5 этаж ТЦ „Олимп“. Адрес у водителя, он в курсе». София вспомнила, что этот салон красоты принадлежит Марковым. И вроде бы даже Изольда Брониславовна там работала пластическим хирургом. И удивилась, что мама указала пятый этаж. «Афродита» вроде была на первом. Или они уже переехали?

Похоже, это и была та встреча, о которой сказал Янквиц. И конечно, даже в мелочах наврал. Никакое не «домой», и вообще как будто какие-то переговоры… Хотя обычно на такие мероприятия отец её не брал, и по ресторанам с ним ходил Тимур. Иногда мама. Но, видимо, и правда что-то семейное.

«Ник, ты получил сообщение от моего отца? Встреча в семь в „Пушкине“, — написала сообщение София. — И он просил приодеться».

— Что, сбежал твой «парень»? — ядовито спросил Янквиц, который подошёл, когда София отвлеклась на телефон.

— Думаю, твоему отцу очень понравится, что ты пытаешься поссорить наши семьи и помолвка твоей сестры сорвётся, — удержав лицо, надменно сказала София.

— Да чему там срываться? — фыркнул Янквиц. — Да твой жалкий папашка в ногах валялся, чтобы твой брат с нами породнился. Всё уже давно решено, остались формальности.