Дождь не просто шёл — он обрушивался на джунгли с такой яростью, будто сама природа пыталась смыть с земли нечто постыдное, давно спрятанное под слоями лиан и мха. Капли били по брезенту палатки, словно сотни крошечных кулачков, и каждый удар отдавался в висках Елены Воронцовой тупой, нарастающей болью. Она сидела, подтянув колени к груди, и смотрела на тетрадь, которую держала так крепко, что пальцы побелели. На потрёпанной обложке выцветшими чернилами было выведено: *«Проект “Тромбостоп”: поиск природных антикоагулянтов»*. Под надписью — несколько строк расчётов, имена пациентов, даты, а в самом низу — фамилия одного человека: «Петров, И. С.». Тот самый пациент, ради которого она была готова на всё. Тот, кто не должен был умереть из‑за бюрократических проволочек и нехватки денег на экспериментальное лечение. Елена провела ладонью по странице, будто пытаясь стереть не чернила, а само отчаяние, которое тянуло её вниз. Она знала: если не найдёт здесь, в этих проклятых джунглях, то, что искала, проект закроют. Грант отзовут. А Петров… Петров просто исчезнет из её жизни, как исчезают люди, когда медицина признаёт своё бессилие. Снаружи раздался треск — будто кто‑то наступил на сухую ветку. Но в такой ливень это было невозможно. Елена замерла, прислушиваясь. Треск повторился, но теперь он шёл не из глубины джунглей, а откуда‑то сверху, будто что‑то тяжёлое скользило по мокрым листьям. — Это не ветка, — тихо произнёс Карлос, не глядя на неё. Он сидел у входа в палатку, сжимая в руках нож с потемневшим лезвием. Его лицо было неподвижным, но в глазах плескался страх — тот самый, первобытный, который появляется, когда человек понимает: он вторгся туда, куда не следовало. — Что это? — спросила Елена, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Карлос медленно поднял голову и посмотрел прямо на неё. В его взгляде читалось предупреждение. — Здесь не любят чужаков, — прошептал он. — Особенно тех, кто ищет то, что лучше не находить. Он кивнул в сторону джунглей, где сквозь пелену дождя проступали очертания древних руин — серые, угрюмые, будто вырезанные из самой тьмы. Пирамида. Та самая, о которой говорили легенды. Не просто археологическая загадка, а место, которое местные обходили стороной, даже если речь шла о спасении жизни. — Ты ведь знал, куда ведёшь нас, — сказала Елена, и в её голосе прозвучало не обвинение, а горькое осознание. Карлос горько усмехнулся. — Знал. Но разве вы бы меня послушали? Вы все такие: учёные, исследователи… Вам кажется, что если на карте есть точка,