У Мирьи крылья из паутины — хрупкие, липкие, вечно рвущиеся. Каждое воскресенье паучиха Хельга залатывает их заново, а мама вздыхает над очередной бутылкой берёзового сока. Другие эльфийские дети смеются: Болотная Кикимора, недоделанная уродина. Мирья отвечает кулаком — и срывается в бешеный полёт прочь от Кольца Заклинаний, туда, где ветер рвёт её крылья в клочья, а внизу ждёт паутина паука-скорпиона.

Но ворон Сиббо, который не ест тех, кто умеет разговаривать, вытаскивает её из ловушки — и вместе с ворчливым ежом Пелле они выращивают Мирье новые крылья из бархатистых листьев чистеца. Тяжёлые, неуклюжие, совершенно не похожие на эльфийские. И когда Мирья в первый раз взмахивает ими, она понимает: летать по-новому значит решать самой, чьей она хочет быть.