– НЕ-Е-ЕТ! – кричит она. Катя делает два шага и падает на колени. Прямо в грязь. Она смотрит на гроб. – Как?! – она захлебывается рыданием, её голос срывается на визг. Она бьет кулаками по своим коленям, раскачиваясь вперед-назад. – Как я буду одна?! Я в ступоре. Смотрю на свою лучшую подругу и не могу понять, что происходит. Она любила Илью почти как брата, но это… Это что-то совсем другое. Это не скорбь подруги.

– Катя, что ты… – начинаю я, но мой голос слишком тих, он тонет в её следующем вопле. – Как я буду воспитывать нашего ребенка одна?! Мир замирает. Я перестаю слышать дождь. Весь мир схлопывается до этой фразы, которая звучит в моих ушах. Нашего ребенка. Нашего. Она не укладывается. Они противоречат всем законам физики, логики и моей вселенной. Какого ребенка? Чьего ребенка? Илья и Катя? Мой муж и моя лучшая подруга?