— Можешь забирать его себе. Мне такие отбросы не нужны. Егор молчал. Что ты хочешь мне сказать? Как будешь оправдываться передо мной? — Аня, я думаю, что нам стоит все спокойно обсудить, — он показал пальцем на любовницу, — она ничего не значит для меня, чтобы ты сейчас не услышала. Я залепила ему хлесткую пощечину. Голова мужа мотнулась, а щека покраснела. Но Егор стойко выдержал боль, только в его карих глазах промелькнула гроза. Черная, сметающая все на своем пути. Такое обращение к себе он не любил.

— Как и Лилия? Как и другие любовницы? Сколько у тебя их было после нее? — Точно хочешь знать? — в его голосе слышится злость. — Да. — 10. Всю жизнь я изменяю тебе, Аня. И ни о чем не жалею. Мой мир покачнулся от его циничных слов. Я отдала ему молодость, воспитала его дочек от Лилии, родила сына, всю жизнь любила, оберегала и заботилась, чтобы услышать равнодушные слова без капли сожаления.