Слева от меня оказалась та самая девочка Леночка, моя неразделённая любовь с шестого класса, а вот справа сопалатник Игорёк Ахундов, готовый докапываться до меня 24 часа 7 дней в неделю без обедов и без выходных… и не надоедает ведь парню. Вот и сейчас он решил начать новый рабочий день с новых наездов. А рядом с ним аж подпрыгивал от возбуждения его прихлебатель Васька Нифонтов, ничем не примечательный худой как щепка пацан с неподвижной азиатской физиономией — странно выглядело такое лицо при вполне себе славянских имени и фамилии.

— Эй, Мальчик, — громко сообщил Игорь мне, глядя при этом почему-то на девочку Леночку, — отгадай загадку — ветра нет, кусты трясутся, что там делают?

И громко и заливисто заржал при этом, примерно как молодой жеребец при виде кобылы.

— Ну чё молчишь? — продолжил он, — подсказать может?

Я решил про себя, что можно немного бы и отпустить вожжи-то, и ответил примерно так:

— Даже не знаю, Игорёк, разрываюсь между двумя вариантами…

— Это какими? — недовольно отвечал он, спинным мозгом чувствуя некий подвох.

— Ну слушай, если так сильно хочется, первый такой — в кустах сидит Ахундов и дрочит вприсядку, а второй — там все тот же Ахундов, уже отдрочивший своё, которого пи…дят ногами за тупые шутки.

— Ах ты, блять, — только и смог он произнести, когда смысл сказанного достиг его серого вещества, — ты залупаться на меня? Смотри, а то до ночи не доживёшь!

— Ночь далеко, Игорёк, а капуста вот она — приступай к прополке, — ответил я и немного подумав, добавил ещё, — блять нах…й.

Обернулся в другую сторону и наткнулся на удивлённый взгляд Леночки… ну ничего, привыкай, родная, с сегодняшнего дня всё пойдёт немного по новому сценарию. Ну, я так рассчитываю, конечно — а так-то может и не пойдёт, может и по старому, может и не по сценарию, а, допустим, по либретто… как говорится, человек предполагает, а располагает всем сейчас только Генеральный секретарь ЦК КПСС. Да и то это под вопросом, всем ли…

— Ну ладно, вечерком мы с тобой ещё поговорим, задрот, — угрожающим тоном высказал мне Игорь, а Васёк из-за его спины добавил: — да, Мальчик, ты теперь ходи и бойся, как бы чего с тобой не приключилось.

Ничего я им на это отвечать не стал, а молча принялся за прополку своей борозды. Когда дошёл до конца поля, ограниченного старицей Волги, заросшей ивняком и смородиновыми почему-то кустами, оказалось, что Лена тоже закончила свою делянку почти одновременно.

— Что-то ты сегодня очень смелый, — задумчиво сказала она, глядя мне в глаза, — не боишься вечером нарваться?