— Обязательно, — вскочил со своего места я, — рад был с вами познакомиться.

И я убежал в наш Дворец культуры имени, как нетрудно догадаться, Владимира Ильича. Идти туда было недалеко, два квартала поперёк района и три вдоль мимо всё того же стадиона Торпедо — и вот и оно, огромное желто-коричневое здание на краю нашего Парка культуры и отдыха. Начинали его строить ещё до войны, но не успели, полностью всё завершили уже в конце пятидесятых. На входе стоят две колонны типа питерских ростральных, ничего не поддерживающих (я каждый раз, проходя мимо, удивлялся, какой в них сакральный смысл, и так и не придумал ничего), а за тяжеленными дубовыми дверями огромный холл, он же вестибюль с раздевалками по бокам. Ей-богу, теряешься в нём, как мальчик-с-пальчик в дремучем лесу. А с краешка этого необъятного вестибюля скромно сидит и ждёт меня Танюша в простом ситцевом платье.

— Привет, Таня, — с ходу бросил я ей, — давно сидишь?

— Да что ты, — махнула она рукой, — только подошла. Ну, пойдём, мама тебя ждёт-не дождётся.

И мы зашагали в правую половину этого ДК. Слева-то тут почти всё пространство занимал огромный актовый зал, где проходили все торжественные заводские мероприятия и концерты, а правая половина была поделена между многочисленными кружками, секциями и объединениями по интересам. И кинолекционный зал тут же находился, там кино иногда показывали и зачитывали интересные лекции, а ещё большая заводская библиотека чуть ли не половину этой половины занимала. Проходя мимо фонтанчика, я поинтересовался:

— А что конкретно ей от меня надо? Ты бы ввела в курс дела, чтобы там глазами не хлопать.

— Всё очень просто, — отвечала Таня, — недавно в наш ДК пришла разнарядка организовать молодежную театральную студию, вот она и ищет молодые таланты, чтобы привлечь их к работе.

— Представляю, что ты там про меня наговорила.

— Да ничего особенного, просто пересказала всё, что ты там придумал в ЛТО, она и заинтересовалась.

— Но тебя-то она, надеюсь, уже привлекла к работе?

— Насчёт меня она пока думает, ничего не решила, — рассмеялась Таня, — мы пришли, сюда.

И она решительно открыла дверь комнаты 209, на которой значилось «Руководитель театральной студии Зилова С. В.» (я успел спросить, как её зовут-то, на что мне было отвечено — Светлана Владимировна). В кабинете никого не было, кроме этой самой Светланы Владимировны, стоявшей около окна.

— Привет, мам, — бросила с порога Таня, — вот привела.

— Ну, здравствуй, Витя, — повернулась она ко мне, — давно хотела с тобой познакомиться. Меня зовут Светлана Владимировна.