В отличие от других агломераций, той же Москвы, Киева или Казани, сибирские власти не сгоняли людей в многоэтажные человейники, а выделяли землю под индивидуальное жильё. Омская агломерация была огромной, но не тесной. Одноэтажная мега-деревня, как иногда называли её.
Свобода и простор — это природные богатства бывшей Сибирской Республики, которые жадные корпорации не смогли выкопать из земли и отправить на экспорт.
Иногда вместо лесов и особняков, попадались курганы, накопанные землеройной техникой — строили новую жилую зону. В просветах между ними, дальше на горизонте, сверкала тонкая снежная полоска.
В чёрной воде Иртыша плыли белые кусочки льда, словно в стакане с кока-колой.
Над курганом висел дрон инженера или землемера.
Над ним, в серо-синем небе, летела стая птиц с жёлтыми клювами.
Эти и многие другие детали я ухватил за один взгляд в окно.
Поэтому я отчётливо увидел СВВиП «Виталь». Мигая огнём подъёмных двигателей, Самолёт Вертикального Взлёта и Посадки уходил в небо над районом нашего пункта прибытия. На днище «свипа» я разглядел логотип частного охранного предприятия «Е. Р. М. А. К.»
Ничего хорошего это не предвещало.
— Сто метро до… — начала таксистка.
Я поспешно передвинул метку места прибытия дальше лаборатории, пояснив:
— Когда проедем мимо предыдущего пункта прибытия, сбрось скорость наполовину.
— Сделаем, шеф, — объявила голографическая девушка, счастливо улыбаясь и подмигивая.
Нейля вопросительно посмотрела на меня.
— Кажется, мы опоздали, — сказал я. — Общество только что укрепило охрану лаборатории.
#
Взявшись за руки, я и Нейля запустили интеграцию.
Ещё во время нашего марафона по Китайскому Казахстану, мы выяснили, что в этом режиме можем делиться не только ресурсами, но и данными интерфейсов, в том числе и той графикой, которую рисовала мне Марьям.
Теперь Нейля видела то же, что и я.
Такси слегка притормозило, проезжая мимо высокого забора группы строений, одиноко стоявших на обочине. Я просканировал взглядом всё, что попало в поле зрения, а Марьям ставила метки, ведя учёт целей.
Броневик с логотипом «Е. Р. М. А. К.» перегораживал ворота. Перед ним несколько стенок из недавно наваленной строительной липучки. Военный инженер ЧОПа сидел в кабине трактора, сзади которого возвышался белый чан промышленной липучки — направив толстую гофрированную трубу на землю, инженер выстраивал очередное фортификационное укрепление.
Бессмысленность его работы указывала на то, что чоповцы не знали, кто на них нападёт, ведь синтезанов не остановить какими-то там заграждениями.