— Я понимаю, — отвечает БоРам. — Просто я хотела, чтобы ты меня послушала. Чтобы вспомнить.

— Вспомнили, проблемы поняли, — отвечаю я ей. — Сейчас у нас главная — СонЁн. Всё сейчас зависит от неё.

СонЁн смотрит на меня, я смотрю на неё.

— Сонбе? — вопросительно произношу я и делаю рукой приглашающий жест в направлении микрофонной стойки.

Она смотрит на меня и повернувшись, идёт туда, куда я ей указал.

— Сложно так, — бросает она на ходу. — Сразу…

— Я думаю, что вы справитесь, сонбе, — ободряю я её.

(примерно час спустя, там же)

Повернувшись, смотрю на ЮСона, ожидая, что он скажет. Только что прослушали вариант, исполненный СонЁн. То, что она неправильно произносит слова — плевать. Сейчас главное получить одобрение руководства. Править будем потом. Руководство, прихватив себе в качестве усиления КиХо и продюсера группы, думает.

— Как я понимаю, это совсем «сырой вариант»? — перестав смотреть на СонЁн, спрашивает «новдиректор», поворачиваясь ко мне.

— Можно сказать, самый первый, который можно показать слушателям, господин ЮСон, — отвечаю я.

Тот кивает.

— Как я понял, ты хочешь, чтобы СонЁн исполняла всё от начала и до конца? Так? — уточняет он.

— Да, — подтверждаю я. — Она главная солистка. У неё — получается.

— А ты где будешь? — спрашивает он у меня.

— В смысле? — в первый момент не понимаю я, но, догадавшись, что он имеет в виду, объясняю. — Буду вместе со всеми исполнять общую часть. Припев.

— Песня твоя, — указывает на имеющийся факт ЮСон. — И мобилизуют в армию тебя. Нужно, чтобы ты была главной солисткой.

— Это невозможно! — сразу ухожу я в «отказ». — У меня нет такого голоса как у СонЁн-сонбе и я вообще петь не умею!

ЮСон неодобрительно цокает зубом и, подняв руку, шевелит в воздухе пальцами.

— Вот эта вот, начальная часть, — говорит он. — Когда СонЁн говорит совсем тихо. В ней петь не нужно. Почему бы тебе не взять её на себя?

— Да? — удивляюсь я этой идее. — А зачем?

— Нужны твои глаза, — объясняет ЮСон. — Видео будет начинаться с тебя. Первые кадры — твои глаза. Ты наговариваешь вступление, потом к тебе присоединяется СонЁн, потом вся группа. Ты — центровая. Тогда это будет смотреться настоящим взрывом. Конечно, для этого придётся ещё много поработать над музыкой, а СонЁн, да и всей остальной группе, придётся научиться правильному произношению, чтобы люди за границей не ржали с вас как лошади.

Я киваю, признавая справедливость прозвучавшей критики, одновременно думая над поступившим предложением.

— В принципе… — обдумав, говорю я, — в принципе … наверное, можно попробовать.