— И фто мне теперь ф ними делать? – дрожащим голосом произнесла я, приклацнув зубами и морщась абрикосовой косточкой.

— Учиться разговаривать. Начните со скороговорок. Помогает! Шумный шушман шел шикуя шубу штуцером шинкуя…, - зубной фей спешил откланяться, собирая настойки и зелья, инструменты, потом пытался тщетно вырвать из моих рук зеркальце.

— Сволочь! – отчетливо заявила я, чувствуя, что скороговорки действительно улучшают дикцию. Прямо неожиданно. Зубной фей умчался, а я посмотрела тяжелым взглядом на демона. — Я не хочу такой жить!

— Это хорошо! Мы уже заказали тебе подходящий гроб! – усмехнулся демон, глядя на меня с прищуром, а потом сверяясь с каким-то листочком. – А теперь маленькие штрихи! Несите!

Что нести? Пока что мне несут чушь! Причем, столько, что некуда складывать!

На мою голову опустился белоснежный парик, а передо мной возникло волшебное зеркало.

— Мне не идет блонд! – возмутилась я, с горечью осознавая, что теперь меня можно выгуливать на поводке, как болонку. На стул упали блузка, юбка и пиджак. Сверху приземлился лифчик, от которого мне стало как-то неловко. Из него смело можно было делать детские качели, хомутать мужика любого диаметра, греться в холодное время года. По подсчетам моего глазомера в него спокойно умещались два магических пакета из магимаркета, а сверху можно было смело укладывать буханку хлеба.

— Ты немного ошибся с размером, — деликатно заметила я, поднимая двумя пальцами черное кружевное белье, пока демон листал папку и пил кофе, расположившись на диване. Вот выйду замуж, овдовею, то тогда одна из чашечек станет прекрасной траурной шапочкой. А второй я с кем-нибудь щедро поделюсь! Наверное, оптимист на моем месте радостно заявит: «Лифчик наполовину полный!», а пессимист грустно всхлипнет, что наполовину пустой. Но я – реалист, поэтому…

— Я так понимаю, что чемоданов не будет? – ядовито поинтересовалась я, прикладывая лифчик к груди. – Учти, в правой чашечке я буду хранить чистые трусы и носки, а во второй — грязные!

Плевок кофе почти достиг середины комнаты, а надрывный кашель, который послышался с дивана, дал мне надежду, что начальство уйдет на больничный раньше, чем я в таком виде появлюсь на публике!

— Я не могу понять, к фему… ой, к чему этот маскарад? – бухтела я, напихивая носки и трусы из только что принесенных чемоданов в две огромные чаши соблазна. Парик съехал, а я прижала его магией, глядя на аппетитную блондинку со смещенным центром тяжести.

— Неплохо, — заметил демон, глядя на то, как я пытаюсь стянуть на груди форменную блузку. Пуговицы отказывались быть самоубийцами и лезть в петельки, но я плотно упаковывала свое богатство, пытаясь хоть как-то совладать с застежками.