— Ты спросил нас, принц, — прошелестели голоса, которые меня пугали. – Как вернуть ее?

Я попыталась коснуться кровавого цветка рукой, осыпаясь каплями лепестков, чтобы тут же испуганно отдернуть руку.

— И мы ответили, — шелестели голоса. Я ежилась, чувствуя любопытные взгляды из темноты. – Просто забудь о ней навсегда…

Яркий свет впереди манил, а меня сковывал страх, не давая сделать шаг. Сплетенные пальцы, едва не рассоединились, в последний момент сцепившись.

— А ведь, если бы не забыл, то никогда бы не встретил ее снова. Стоит тебе хоть раз обернуться в прошлое, она снова погибла бы, — шептали голоса из темноты, вызывая у меня животный ужас. Они, словно призраки, окружали нас. Я не видела ничего, кроме черного силуэта, который вел меня за руку к свету.

— Я не могу идти, — едва слышно прошелестела я, почему-то боясь яркого света, до которого осталось десяток шагов. Голоса меркли в темноте, а я почувствовала, как ноги прирастают к полу. – Я боюсь… Боюсь…

Меня подхватили на руки и прижали к себе, неся на свет, который, заставляя меня щуриться и вжиматься в темноту. Яркая вспышка ударила в глаза, а я зажмурилась изо всех сил.

Я спала, но словно наяву видела себя со стороны. Я стояла в дверях комнаты, глядя на сверкающую полупрозрачную женщину. В моих руках была моя фея, которую выпросила у мамы.

— Демон! Верни мне мою жену! – исступленно кричал мой папа, не слыша меня, а я видела светлое пятно, которое корчилось в центре круга.

— Папа! – крикнула я, бросаясь к отцу. – Папочка! Ей же больно!

Яркая вспышка стерла все грани, все очертания, смешала все, а я чувствовала, как теряюсь в ослепительном свете… Кто я? Почему я здесь? Почему я там?

Маленькая, растрепанная, в голубой ночной рубашке, прижимающая к себе любимую игрушку бежала, а потом упала, как подкошенная, стирая собой грани круга. Кто я? Почему я вижу себя со стороны?

Я прикасаюсь к своему лежащему телу, а перед глазами проносятся воспоминания… Испорченный игрушечной феей торт, дракон, которого я гладила в зоопарке, волшебный салют на площади, мама, которая кормила меня с ложечки, давая попробовать новое блюдо… Папа, который усаживал на плечи и катал, а я боялась зацепиться за огромную люстру… Осенние листочки, которые я носила маме, чтобы она их заколдовала, и я могла их сохранить в книге сказок… Я… Я — Медея… Ме-де-я… Я – человек. И теперь у меня нет ни мамы, ни папы…

* * *

«Не оборачивайся, принц…», - звучал голос в моей голове, а я смотрел на свои руки. «Забудь ее навсегда…», - болью в сердце отдавались слова, а я не понимал, как можно забыть? Как можно забыть ту, перед которой ночами напролет стоял на коленях, целуя мертвенно-холодную, бессильную руку? Как можно забыть белые цветы и медные змеи волос, огибающие соцветия… Как можно забыть ее последний взгляд, когда она посмотрела на меня сонными глазами? Я сжимал ее в руках, сумел удержать тело, но не смог удержать душу…