Искомый объект нашёлся в одной из детских комнат. Иошинори, несмотря на свой возраст и статус, первым заглянул за разбитую дверь, обнаружив там настолько жуткую вещь, что его спина тотчас вспотела и холодные капли побежали прямо к штанам.

Внутри комнаты находилось нечто невообразимое: огромный сгусток человеческой плоти вперемешку с одеждой пульсировал, словно дыша. И если обычные гражданские тряпки его волновали не сильно, то дорогущий костюм с галстуком, что их сыну подарила супруга полгода назад, буквально заставили остолбенеть старика!

При этом, видимо, Иошинори исторг из глотки нечто такое, что сразу привлекло внимание твари размером с микроавтобус. И та моментально начала поворачиваться к нему, обнажая сросшуюся уродливую плоть разных людей и лица, что стали частью мясного кадавра!

Рёв кадавра разорвал вязкую тишину, спустив крючок вакханалии. Сразу четыре ствола выплюнули тяжёлые пули, а затем ещё, и ещё, и ещё, но тварь не желала сдаваться достижениям цивилизации, продолжая на них наступать!

Тварь ломала стены словно картон своими конечностями, срощенными из детских тел и ошмётков других тел. Кричала десятком голов разного возраста, наводя суеверный ужас на самых жестоких якудза, прошедших десятилетия уличных битв! Тварь ломала стены, рвала стальные турбы в стенах и всеми силами пыталась достать тех наглецов, кто рвал её тело в ошмётки непонятным оружием. Но пока всё было тщетно — они отступали, успешно сдерживая немёртвую тварь!

Вот кадавр резко ускорился, но, получив новую пулю в колено, споткнулся и со всего маху врезался в стену, проломив ту почти насквозь. Взревел что есть силы и тут же снова бросился на наглецов, полностью восстановив колено за пару секунд.

Но нагнал он своих обидчиков только на улице, выломив своей тушей половину стены…

— Оябун, уходите! — отбросив опустевший дробовик, один из якудза выхватил из карманов пару гранат. Выдернул предохранительные чеки и, бросившись в самоубийственную атаку, воткнул свои руки куда-то в тушу кадавра. В старые огнестрельные раны, ещё не успевшие толком зажить.

Тут же был схвачен огромными руками кадавра и с противным хрустом костей разорван на две половины. Но уже спустя пару секунд прозвучал гулкий взрыв, и половина огромной туши взлетела на пару метров, орошая всю округу красно-чёрной, прогнившей кровью!

И даже после этого кадавр был ещё «жив» своим изуверским подобием жизни…

— Нет! — остановил вдруг своих людей, попытавшихся подойти к поверженной твари поближе и добить её, Иошинори Миямото, — Я должен сделать это сам!