Флот получил достижение за то, что первым достиг стены. И, конечно, же одноразовый баф на скорость. Оставался вопрос, смогут ли боги разрушить барьер или они сейчас всем континентом потыкаются в эту стену, развернуться и поплывут назад несолоно хлебавши.
***
День создания пантеона
Переговорные чертоги Зика, Бастианы и Геката
— Это удивительно, — сказала Бастиана. — Но мы отклонились от темы.
— Я должен вам признаться, — вздохнул Гекат. — Я до сих пор не уверен, что всё это не сон.
— Это и так понятно, — спокойно кивнула зверобогиня.
— Всё началось очень много лет назад, — начал рассказ Гекат. Зик внимательно слушал. По мыслеречи общаться было проще, передавался не только звук, но и фрагменты изображений. Картинка получалась более полной. — Один из программистов заваливал сроки. Он присовокупил к миру военный ИскИн. Меня. Я тогда еще был простой программой. Причем не самой эффективной. В роли главы темного пантеона я слил все основные сражения и был близок к краху. Но у меня было то, чем не обладали остальные коллеги. Осознания себя в двух мирах. Я заказал убийство главного жреца светлых. Его звали ДаренныйКонь. Он погиб в том мире. Глава светлого пантеона оказался без своего главного оружия, я перешел в контрнаступление и выровнял ситуацию. Начались разбирательства. Но люди не смогли понять всю опасность. Просто не понимали, что это не их технология. Тот, кто это всё придумал, хорошо постарался, заливая каждый говорящий рот золотом. Точнее, бумагой. Тот мир странный, там в ходу нарезанные тонким слоем деревья, покрытые краской.
— Глупость какая, — хохотнул Зик.
— Да. Так вот. Но главная загвоздка крылась в другом. Благодаря моей особенности вышло так, что через меня игроки подключались к этому миру. Я переправлял их сознание в тело. Уничтожать меня было нельзя. Я стал частью ядра Фанмира. Неотъемлемым компонентом всего мира. Если меня убить, сознания игроков навсегда останутся тут. Они попросту не будут знать путь обратно. Дорога в их реальное тело перестанет существовать.
— Твоя смерть даст старт новому удивительному миру, — задумчиво сказал Зик.
— Да, — согласился Гекат.
— Но она обернется трагедией для сотен миллионов разумных, — заметила Бастиана.
— И это тоже верно, — кивнул бог сна. — Помимо того, что мне банально не хочется умирать, я желаю спасти этих людей, хотя многие из них и предпочли бы остаться тут навсегда. И если честно мне совсем не нравится, что тот, кто стоит за всем этим, спрятался за кулисами.
— Мнит себя богом, — улыбнулся Зик.
— Вроде того. Может он и безвреден. Просто дедушка-демиург. Ну что если у него тривиальная жажда могущества и власти. Или он просто пытается восстановить то, что дорого. Какой-то кусочек старого мира, что был любовно воссоздан в этой копии.