— Неизвестность всегда настораживает, — кивнул Зик. — Это один из законов мироздания.
— Но неужели люди не смогли по-другому подключить игроков? — спросила Бастиана.
— Создатели так называемой «игры» попытались. Их архимаги зовутся учеными, инженерами и программистами. Все силы мира они разложили на формулы и цифры. Команда, работающая над заданием, долго билась, но что-то шло не так. Одни ИскИны не могли осознавать себя в двух мирах. У других не получалось переправлять больше одного пользователя. Теперь я понимаю, дело в том, что это изначально было чем-то большим, чем виртуальный мир. Разработчики взяли мою нулевую версию и еще раз срастили военный искусственный интеллект с этой реальностью.
— Тебя два? — удивился Зик.
— И да и нет. Я был переведен сюда и погружен в сон. Моя предыстория изменилась. То есть реальная история этого мира повлияла на мою по сути не существующую личность. Роль стала играть актёра. Ведь я был просто программой. Два сознания, почти пустое цифровое и живое, полное чувств и мыслей, соединились в одно. Фактически со всеми вами произошло в определенный момент то же самое. В нас вдохнули душу.
Повисла тишина, какое-то время боги осмысливали услышанное и откидывали банальные вопросы, ответы на которые нашли сами спустя пару человеческих биений сердца.
— Так что там со вторым тобой? — подтолкнула диалог в нужное русло Бастиана.
— Он смог подключаться к междумирному каналу, но поскольку я уже контролировал его, у «брата» не получалось ничего кроме считывания информации. Разработчики удовлетворились и этим. Нанизали на нитку его личности бусину сюжета. Страшнейшего из пожирателей, ныне известного всем как Светоносный или же Светлоликий.
Глава 32 Кровь
Еще целые сутки в глазах рябило от вспышек, бегали цветные пятна и точки. Мерещился звон мечей и крики, а запах крови не пропал и через три дня. Лишь на четвертый я перестал его чувствовать.
Я принял в паству кланы Твердь и Резцы, которые в момент создания назывались Зубы и Скалы, но были переименованы в целях конспирации. Они принесли клятву верности пред богами, что, по сути, является договором, за нарушения которого пойдут вполне ощутимые юридические последствия в реале. Хорошо, что у нас есть Лея, акула крючкотворства, с такой не забалуешь.
Я встретился с Эрни, и мы при всем честном народе пожали друг другу руки. Хотя у бангера скорее лапищи. Если соперник достойный, проявление уважения всегда только в плюс.
— Мы еще встретимся, — сказал он.
— Не сомневаюсь, — кивнул я.
— Упорный, — уважительно протянул Артур, когда представление подошло к концу.