Из громкой вспышки портала появилась Завеса, разъяренная как фурия. Волосы её развивались, словно в рекламе шампуня, когда направляют вентилятор в лицо. От некромантки впервые разило смертью. Без каких-либо объяснений она вскинула руку.
В магическом зрении было видно, как зеленая магия вселяется в каждое из тел под стеной и плетет там чары поднятия нежити, затем нить контроля обрывается, и сотни нубских зомби набрасываются на виновников сего действа со всех сторон.
Даже не глянув в мою сторону, Ирма исчезла во вспышке портала. Хлопнула им как дверью. Да, чувствую, не поздоровится тем, кто сейчас осаждает храм пантеона.
Сверху на нас рухнули под сотню летунов. Они десантировались в разных частях двора и на стене. Началась рубка. Я привычным движением маятника пропустил мимо головы метательный нож, уклонился от выпада меча и влетел плечом в высокого и худого воина. Парень ударился о стену, принял на наплечник выпад гитары, и тут же разрядился вихрем магических лезвий. Его клинок в секунду сделал около полусотни ударов, снеся мне половину здоровья.
Но тут ему под колено влетела кирка, а следом по башке шмякнула лопата. Вот так крутого хайлевела оглушили вчерашние рабочие. Подскочивший рудокоп попросту подхватил воина и вышвырнул за стену на все еще копошащееся марево зомбарей.
Я использовал новое умение Смех. Захохотал как сумасшедший, принимая на броню удары дроу с шестом. Он тоже засмеялся, перестав меня атаковать. Следом гогот подхватил стоящий за ним монах. Я расколол череп темного эльфа. Рукопашник ушел от моих атак, продолжая утирать слезы, и хвататься за живот. Очередной Скрипичный Ключ все же раздавил его.
Стал понятен принцип действия умения. Цель смеялась, пока не передавала заразу дальше. Потом уже могла перестать ржать как конь.
Впрочем, по сравнению с аурой Безумия это мелочь. Чем дальше объект, тем меньше на него действовала ментальная атака. Самые дальние противники слышали лишь голоса. Чуть ближе уже видели картинки. В радиусе пятидесяти метров начинали сходить с ума. Могли вскрикнуть ни с того ни с сего, или начать всаживать себе меч в бедро, а то и вовсе зарубить сокомандника.
Прекратить это было легко, стоило лишь помолиться богине безумия. Каждый, попавший под действие ауры, наполнял Звездану силой. Но воззвать к ней могли не все. Это какому-нибудь Таангару плевать, что большая часть орков всё же молится воинским богам, а не покровителю расы, а вот тот же Светляшка за подобный проступок по головке не погладит. Паладинов так особенно. Там перечень запретов будь здоров.