Одним словом, больше всего это похоже на истерику, которую до недавних пор никто не торопился пресекать. Правда, по данным разведки, несколько дней назад Муссолини назначил командующим итальянской экспедиционной армией наследного итальянского принца Умберто, и тот сразу же начал собачиться с Холлидтом по поводу неоправданных потерь своих войск. Ну ничего: милые бранятся — только тешатся. Однако сегодня утром вместо традиционной атаки, в которую бросали подошедшие за ночь маршевые пополнения, над линией фронта неожиданно наступила тишина. Видимо, итальянский принц добился своего — и Холлидта сняли за бестолковую растрату человеческого материала. Но все равно так называемые союзники Гитлера должны уже понять, что их держат в этой антикоминтерновской банде исключительно в качестве предназначенного в расход дешевого пушечного мяса.

И вообще, затишье — это повод оглядеться по сторонам и подвести некоторые итоги. Ветер сегодня дует с востока, из заднепровских степей, и несет он не вонь разлагающихся трупов, а свежую прелесть цветущих трав. Это запах не только вступившей в свои права весны, но и грядущего наступления. Земля под ногами почти подсохла и лишь кое-где на мягкой почве остается отпечаток каблука. На восточном берегу Днепра накапливаются четыре свежие стрелковые дивизии. Это предназначенный для будущего наступления второй состав[34] армии генерала Горбатова — части с опытом ликвидации котла под Пярну и прорыва на Карельском перешейке. И можно не сомневаться, что то же самое творится и на других плацдармах, а в районе Киева и под Херсоном накапливается не только пехота, но и тяжелые танковые кулаки, в том числе и дивизии славных экспедиционных сил. А это значит, что скоро все танцы с бубнами, исполняемые вокруг нашего плацдарма румынскими и итальянскими хлопчиками, уже не будут иметь ровным счетом никакого значения.

Придет месяц май; завоют, заулюлюкают над Днепром «Катюши» и «Грады», слитными залпами ударят тяжелые гаубицы и, наконец, взревут моторы и побегут по степи стремительные как ртуть подвижные соединения под красными боевыми знаменами. Как это бывает, мы видели (то есть сами участвовали в боях) во время Смоленской операции и прорыва под Ригой. И враг, даже если и захочет, ничего не сможет поделать против этого натиска, ибо мощь на нашей стороне собрана неодолимая. И дело тут не только в славных экспедиционных силах. Красная Армия уже совсем не та, что была прошлым летом. Теперь даже обычные стрелковые дивизии РККА способны не только к стационарным оборонам и лобовым штыковым атакам на вражеские позиции. Сейчас, после полугода упорных боев с «подстраховкой» наших экспедиционных сил местные красноармейцы значительно ближе к идеальным солдатам сорок пятого года, чем к бойцам и командирам сорок первого, терпевшим от немцев одно поражение за другим.