Трёхметровый зверь с толстыми лапами, уродливой мордой без глаз и с тонкими прорезями вместо носа, с кожистыми перепонками между пальцев и длинными когтями из трабелуниума вышел на улицу перед пушками. Под его лапой раскрошился угол одного из домов, когда монстр выбирался из переулка. Один его труп надолго преградит им путь. И это ещё не считая полчищ Саранчи, хлынувших следом.

Плотный огонь винтовок и автоматов скосил первые ряды наступавших, но их это не остановило. Чудовище схватило кусок стены и швырнуло в первую пушку. Промахнулось, но придавило с полдюжины человек из расчёта. Что тоже плохо — без артиллеристов пушки стрелять не умеют.

Воин в белой броне с воинственным кличем бросился на пехотинцев Саранчи. Его доспехи покрывал слой крови убитых тварей — красной с сизым оттенком. Простой короткий меч без устали убивал врагов. Поредевший отряд элитных десантников во главе с окровавленным командиром тоже бросился в бой. Они смогли пробиться к гигантскому монстру, но первый же удар сокрушил их, отбросив назад. Несколько солдат после этого не поднялись с земли.

Маститов своим мечом убил нескольких богомолов, приблизившихся к пушкам, и прокричал:

— Защищайте расчёты! Защищайте пушки! Я займусь этой тварью!

Воин в белом и десантники не стали спорить. В этот момент в монстра ударили несколько снарядов, выпущенных с одного из маленьких дирижаблей поддержки, но они не причинили особого вреда.

Барон отбросил оружие, скинул броню и обратился в Волкодава. Рыча, помчался на тварь, не обращая внимания на остальных. Монстр несколько раз попытался поймать его, но Маститов в обличье зверя ловко уклонился от всех ударов. Титан Саранчи взбесился и переключил своё внимание на Волкодава. Огонь дружинников убивал пехотинцев, с тыла подбиравшихся к барону, так что о них он не волновался.

Пользуясь моментом, увёл Титана с улицы обратно в переулок — там стены зданий ограничили подвижность монстра. Волкодав увернулся от одного удара, от второго, попытался проскочить между ног противника, но когти хватили его по спине. Барон почувствовал, как они рассекли его шкуру, побежала кровь, но силы ещё не покинули его. Он всё равно проскочил между двух мускулистых столбов, лишь на миг споткнувшись после удара. В два прыжка взобрался на кучу обломков, затем на второй этаж дома, скользнул взглядом по чьей-то детской кроватке и взлетел на шею монстра.

Костяной гребень торчал из неё, а позвоночник был едва прикрыт кожей. Маститов вцепился в шею и изо всех сил сжал челюсти. Костяные отростки вспороли нежное нёбо, и рот заполнила горячая кровь. Но барон лишь усилил хватку. Сжимал челюсти до тех пор, пока позвоночник не хрустнул и беснующаяся тварь не рухнула в переулок. Из разодранной шеи торчали кости и толчками выливалась кровь.