Для всего этого нужна такая армия, чтобы громила любого врага. Войско нужно строить вокруг артиллерии. Я уже распорядился начать на Урале лить «единороги». Сейчас в Европе пытаются сделать что-то похожее, но толи не получается, толи дорого выходит, толи ещё что…

Впрочем, и у нас уже пытались делать. Видел ствол одной гаубицы(гауфницы) в арсенале. Отлит полвека назад в Москве. Калибр чуть больше десяти сантиметров(для ядер и картечи), длина около метра, вес, я думаю пудов восемь.

Но, нам такая древность не нужна. Я сам хорошо разбираюсь в артиллерии. Сделаю чертёж. Литейщики не дураки. Всё сделают, как следует.

Единороги, ядра, картечь, лафеты с железной осью — вот «кулак» нашей армии. Полевые пушки с хорошими расчётами стреляют в разы чаше чем даже мои гвардейские батальоны. И картечью можно бить гораздо дальше, чем задравшая мушкеты пехота(при закидывании оружия вверх количество осечек увеличивается в разы). Так что нужно научиться лить на Урале «единороги», а это не месяц и не два. Хорошо, если через полгода начнут что-то путное выпускать. Вот тогда, можно будет и сойтись с кем угодно на поле боя. А на будущее нужно дать задание оружейникам подумать над казнозарядными и нарезными пушками. Разговоры в Европе про них уже давно идут, но что-то путное пока ещё никто не сделал. Возможно, что с нынешними технологиями — ничего хорошего и не выйдет.

Мне с трудом удалось собрать из разбросанных по Сибири частей два сводных полка пехоты(2000) и полк драгун(500) плюс двенадцать пушек полевой артиллерии и восемь пушек конной. К Костроме ко мне прибилось ещё пять сотен плохо вооружённых дворян и служивых людей, коих я взял с собой чисто для предвыборной проформы и тысяча охочих крестьян для посохи, что плелись теперь позади войска. Если Прозоровский в Серпухове сумеет тайно снять с южных рубежей хотя бы три тысячи бойцов и соединиться с нами, то шансы на победу у нас из призрачных превратятся в реальные.

Подъехала царевна на лошади. Она уже оклемалась после недавнего падения в реку. Но, перед мостами теперь всегда спешивалась. Спрашивает меня ехидно:

— И как же вы сегодня спали в поле под попоной? У Даши задница от земли не замёрзла?

— Не замёрзла.

— А у меня вот замёрзла. Может придёшь ночью погреть? А? По старой памяти.

— У меня, и правда, есть чувства к тебе. — хмыкнув, говорю я.

— Правда? — удивляется Дося, улыбаясь.

— Да. Я чувствую, что ты выводишь меня из себя и мне хочется взять плётку и огреть тебя по заднице!

— Спокойствие, ВиктОр, только спокойствие. — эта мегера ничуть не испугалась, — А то я уже вся пылаю внутри представив, как ты меня…