— Птица взлетела, — заговорил Довжан, как обычно, мертвенным, без обертонов, голосом. — Они увидели ее. Они знают о птице. Они поняли, но уже поздно. Проповедь началась и ее не остановить.

Мужчина повел головой, словно к чему-то прислушиваясь.

— Они не успокоятся и не смирятся, — заговорил он снова. — Им не нужен мир на крыльях. Они предпочтут пепелище, где они будут править. Им не нужно небо, им нужна агония. Они падальщики, им удобнее так…

Довжан замолчал, но так и сидел с маской вместо лица.

— Прощай… книжный мальчик, — в голосе мужчины прорезалась светлая грусть. — Прощай… Да пребудет с тобой сила.

Мужчина улыбнулся и обмяк, буквально растекшись по спинке дивана. Влад выключил запись и тут же поднялся. Он обошел диван и в этот момент Довжан подал голос:

— Скажешь ему… — голос мужчины был сиплый. — Скажешь… Викингу… Это… Стоило того… Я видел… Он был прав…

Влад постоял, ожидая еще слов. Но Довжан затих и не шевелился.

* * *

Странное это чувство, когда выходишь оттуда, где провел столько времени, работая. Обманчивое чувство свободы. Завтра уже не надо будет рано вставать, не нужно ждать, что могут позвонить вечером и вызвать на работу. Влад, потворствуя какому-то проказливому чувству, перевел комм в режим «не беспокоить». Отслеживанию это не помешает, но дозвониться не получиться. Мужчины вывел номера из списка «вип», чтобы точно никто не дозвонился. Кстати, интересная идиома. Дозвон. Он как-то специально интересовался, откуда пришло это слово, и выяснил, что оно доехало из той эпохи, когда у людей не было носимых коммуникационных устройств. Тогда были такие штуки, которые назывались телефонами и были они, внимание, стационарными. И соединялись проводами, буквально. А для того, чтобы соединить два телефона между собой, нужно было сначала позвонить специальному человеку, который и соединял две линии между собой. Реально соединял, то есть проводами.

«Пошла реакция» — отметил Влад то, что в голову лезет всякая чушь.

И тут его взгляд упал на то место, где должна была стоять машина. А ее не было. Чертыхнувшись, он вспомнил, что сам отправил свою колесницу в ремонт. И ее уже, видимо, забрали. Быстро работают.

Зайдя в комм, он вызвал такси. Дешевое, автоматическое, где нужно было самому сидеть за рулем. Все, времена достатка закончились. Но он еще был не готов ехать на общественном транспорте. Все же нужно было немного времени на адаптацию в режим сводящего с концами.

«Вот Машка-то обрадуется! — усмехнулся про себя Влад. — Ну, зато перестанет доставать с деньгами».

На стоянку въехала ярко-желтая машина, именуемая в народе «табуретка». Двухместная авто марки «Черри». Китайская поделка, собираемая в Новосибирске. Машинка подъехала к Владу и тот, кинув последний взгляд на клинику, подошел к такси.