— Николай, — мысленно сказал я, вкладывая в голос максимум спокойствия и уверенности. — Паника — худший советчик. Да, меня видели. Да, все боятся. Но видели они и то, что я спас их от химеры, что я — сила. А сила в этом мире, как и во многих других — единственная реальная валюта. Мы не бежим. Мы действуем. Прямо сейчас. Мак, — обратился я к джинну, — найди ему хорошие книги из Астрала, пожалуйста. Самые толстые и умные. По государственному управлению. По военной стратегии. По истории различных Империй. Ему учиться надо. И причем быстро.

Мак радостно щелкнула пальцами. Рядом с Николем материализовалась стопка увесистых фолиантов. Призрак посмотрел на книги, потом на меня, потом на Мак… Паника в его глазах стала уступать место привычному сарказму и… любопытству.

— Управление? Стратегия? Ты… ты хочешь, чтобы я…?

— Чтобы ты продолжал, — мысленно улыбнулся я. — Ты ведь не просто призрак. Ты — наследник. И тебе нужны знания. Читай и впитывай. А теперь, — вновь обратился я к джину. — Мак… поделись. Мне паршиво. Очень. Источник пуст и горит.

— Конечно, Господин! — Девочка широко улыбнулась. Она подбежала к кристаллу, из которого струился свет преобразованного эфира, и… глубоко вдохнула. Потом подула в мою сторону, как на одуванчик. Волна чистейшей, мощной, солнечной энергии влилась в мой мысленный образ, а через него — в мое физическое тело в покоях. Это было как глоток ледяной воды в пустыне. Боль отступила, сдавленная этой силой. Источник перестал выть сиреной, перейдя на тихий, но устойчивый гул. Сил вернулось достаточно, чтобы действовать.

— Спасибо, Мак. Присматривай за… огурчиком. И за учеником.

Я вышел из Кольца, вернувшись в реальность покоев. Боль притупилась, но слабость оставалась. Я активировал Абсолютное Зрение и Абсолютный Слух. Дворец пронзило моим восприятием.

— Говорят, глаза, как угли, горели… — шептал за дверью один гвардеец другому. Его голос подрагивал.

— … молния… из рук… сжег… — вторил ему второй, проглатывая ком страха. Их ауры колыхались, как огоньки на ветру — сплошной, густой, осязаемый страх.

Я переключил взор на коридоры дворца и почуял нервные импульсы магических патрулей арканистов. Их стандартные, скучные ауры (60–75 Эф) теперь колыхались, как испуганные птицы в клетке. Их шаги были осторожными, а дыхание — учащенным.

Я сместил фокус к дальним покоям дворца и услышал приглушенный, мучительный стон. Это была Ольга… Я ощущал ее боль, ненавистную слабость и страх за дочь, она усиленно цеплялась за жизнь.

Где-то ниже чуть ниже доносился ритмичный, тяжелый и разбитый шаг Рыльского. То был шаг загнанного зверя, несущего неподъемный груз — ответственности за Ольгу, страх за Анну и ужас передо мной…