— Ладно, Василий, можно попробовать. Если не удастся с ними договориться, то пусть пеняют на себя. Никто их сюда не звал, и теперь здесь наша зона ответственности. Если сами не уйдут, то уже мы погоним их обратно. И нам никто ничего не скажет. Только возьми с собой побольше осназовцев. Анатолий, выделишь? Где они там хотят устроить встречу? Товарищ полковник, подтяните, пожалуйста, туда одну роту. Чтобы и отойти можно было. И мы ещё и танки поставим, и САУ.
Конечно, к встрече надо было основательно подготовиться. Если и погибнуть, то, как говорится, с музыкой. И чтобы ни один подлый враг не смог уйти! Чтобы и они все там остались!
— Там, в пригороде, особняк местного барина. Двухэтажный, стоит открыто. Если что, быстро можем занять.
Тут и полковник сменил гнев на милость:
— Обязательно, товарищ старший лейтенант. И пусть товарищ Стефанович возьмёт с собой и взвод десантников. С ОЗНАЗом и танками будет в самый раз.
— Хорошо, товарищ полковник. Слышь, Василий, постарайся не нарваться. Тем более, если вдруг с тобой что-нибудь случится, то ведь и нам не простят. Но сначала я этих венгров сам всех живьём закопаю. А потом пусть меня судят.
Да, тут Роман был прав. После всех этих рейдов, хоть многим судьба одного комбата-танкиста и будет безразличной, но его гибель без последствий точно не останется.
— Нет, Роман, думаю, ничего страшного. Они гарантии дают, что только поговорить. Конечно, вмазать бы им сполна, но лучше будет, если сами уйдут. Нам ведь до ихней границы дойти надо.
Но если и мнимый лейтенант Борисов уверен, то, похоже, так уж беспокоиться нечего. Хотя, Василий не особо и боялся.
— Хорошо, Роман, поговорю. Раз обещают, значит, ничего не будет. Прорвёмся. Но, если что, да, не жалей никого. Чтобы надолго запомнили. Если честно, венгры народ жестокий, под немцами долго жили и их нравы переняли, и нас точно жалеть не будут.
* * *
Да, хоть и поздний вечер, Василий пошёл. И не один. Для представительности его вызвался сопроводить и полковник Досик. Само собой, вместе с ними пошла и охрана — отделение ОСНАЗа, как ни странно, вместе с самим лейтенантом Борисовым. Он ещё и сам выбрал явно лучших, похоже, настоящих «волкодавов». Делегации придали и взвод десантников, под командованием младшего лейтенанта Алексеева Павла, как оказалось, даже чуваша откуда-то из-под Ядрина. Парень лишь недавно окончил в Киеве школу младших командиров и попал в Румынию на войну. Василий там никого не подбирал, и полковник взял первый попавшийся взвод. Но было приятно видеть земляка.
— Господин лейтенант, разрешите представить Вам полковника Антала Ваттая, командира второй кавалерийской бригады. А это майор Йожеф Саларис, его помощник, и капитан Никос Вереш. А я лейтенант Густав Чепеш, секретарь господина полковника, — мило улыбнулся лейтенант-красавчик, хоть и в полевой форме, надо же, мышиного цвета, но с видневшимися на ней кучей аксессуаров, указывающими на принадлежность к кавалерии, наверное, и гусарам. У старших офицеров форма была украшена и обильнее. А лейтенант по своим манерам явно был похож на прелестниц-секретарш разных военных чинов, которых часто показывали в мире попаданца по «ящику». Хотя, русский у него был хорош.