За день после прибытия комроты с ног сбился, но смог обеспечить свою роту всем. Хотя, тут ему сильно в помощь был именно заместитель. А то мог и не справиться. Василий не знал, заметили ли враги прибытие его роты. Хотя, место выгрузки эшелонов, а потом и дислокации, было аккуратно оцеплено целой конвойной рвотой НКГБ, и никого из бойцов, даже только что приданных, никуда не выпустили.
Правда, приданное пополнение, в отличие от личного состава, прибывшего из Горького, до половины которого участвовало в «зимней» войне, оказалось, практически не имело боевого опыта. Разве что каждый пятый боец там участвовал в Освободительном походе в Польшу, но во втором эшелоне. Хотя, некоторые из них принимали участие в боях под Львовом, но недолго. К Василию прибыли и пять молодых лейтенантов, командиры взводов, и, оказалось, все только недавно были выпущены из училищ. Они все были в новенькой командирской форме и неприятно скривили губы, увидев перед собой лишь младшего лейтенанта, хоть и сильно старшего, с зелёными полевыми погонами. Их нынешний командир ещё и специально снял все свои награды и нашивки за ранение. Но в армии свои порядки. Раз именно он, хоть и ниже по званию, их командир, приходится подчиняться. И молодых лейтенантов сильно напугал и лейтенант-«гээбист», и его охрана. Хотя, они все видели, что командовал именно младший лейтенант, и даже «гээбисты» ему спокойно подчинялись. Но чуть позже до всего пополнения быстро дошло, что их командиром являлся старшина Стефанович, сильно прославившийся на «зимней» войне и получивший там звание Героя Советского Союза. Танкисты, прибывшие из Горького, хоть и не воевали вместе с Василием, были рады, что именно его поставили их командиром. И на фронте разные новости расходятся довольно быстро. Да, несмотря на режимы секретности, работает «солдатский телеграф», и явно вернее, чем официальные каналы.
Под вечер Василия и лейтенанта Дугина срочно вызвали в Балту, в штаб 40 легкотанковой бригады. Хотя, их тепло встретили сам командир бригады полковник Поляков и полковой комиссар Колошников. Командир маршевой роты их не знал, но заместитель уже успел просветить его и насчёт них, и самой бригады. Она, оказывается, была образована в Ленинградском военном округе перед самой «зимней» войной из 2 запасного танкового полка и приняла участие и в боевых действиях. В основном поддерживала стрелковые части под Выборгом и далее дошла и до Хельсинки. Бригада и сейчас почти полностью была вооружёна танками БТ-5. Немного осталось и Т-26. Хотя, на юг, оказалось, были переброшены лишь 155 и 157 танковые батальоны. Для 160 батальона техники уже не хватило, а 161 батальон был выведен из состава бригады ещё перед началом боёв. У танкистов, для улучшения управляемости и снабжения, везде убирали четвёртые батальоны, и вместо них придавали мотострелков. И теперь оба батальона были оставлены под Ленинградом для формирования новой механизированной бригады, предназначенной для переброски под Мурманск. А вместо них на юге в состав 40 бригады были включены 250 бронебатальон, вооружённый БА-10 и БА-20, и 300 мотострелковый батальон, похоже, опять же просто стрелки, пересаженные на «полуторки».