— Не совсем… Не, про себя-то я понял. А вот как именно ты должен был исправлять все, что я тут натворил?

— Пристрелить тебя, конечно, как еще?

С этими словами Василий одним быстрым и плавным движением выложил на стол наган. Откуда и когда он его вытащил, для Петровича осталось загадкой. Сглотнув ком в горле и не отрывая глаз от лежащего на столе револьвера, он задал следующий вопрос:

— Ра… гм. Радикально. Ну да, как в том анекдоте — что делать с курицей, если она перестает нести яйца? Зарезать.

— А что, правда помогает?

— Не знаю. Но профессор решил, что попробовать стоит.

— На его месте я бы тоже попробовал… Но, по-моему, уже бесполезно.

— Да не тырься ты, сам понимаю, что бесполезно. Даже если я тебя СЕЙЧАС за борт скину, «Асама» от этого не всплывет. А вот у меня в новой жизни проблемы возникнут, потому как полечу вслед за тобой. А и не полечу — ты как командир «Варяга» ближе к идеалу, чем все остальные офицеры на борту. Да и сами интеля это, в общем-то, понимают, просто за соломинку хватаются со страху. Ассистент уже новую теорию выдвинул, ею свою же старую похоронив. Теперь он поет про ветвящееся время и про то, что путешественник вообще в свой мир никогда из прошлого не вернется, потому что нет одного предопределенного варианта развития событий. Есть, мол, дерево, которое ветвится. И своим экспериментом они создали новую ветку, а кусок дачи просто завис между ветвями, так как непонятно, куда его кидать — та ветка, к которой он относился, уже отменена, а новая еще не сформировалась… Еще что-то про дрожание веток, вибрацию и упругость времени пел… Ладно, это все бред и лирика, он тебе это сам расскажет, если сможет к нам на борт попасть. Одно ясно точно — нам в этом мире надо осваиваться всерьез, теперь мы живем тут, так что с переездом!

— Нормально… А вы меня спросили, оно мне надо было? Что я буду делать в начале двадцатого века, я же авиаинженер и программист, мать вашу! А до первых компов еще срать пердячим паром лет восемьдесят!!!

— Да? А я думал, ты — командир крейсера. Причем хороший командир, получше оригинала будешь, судя по тому, где сейчас «Варяг» находится. Прорвался ты, как профи говорю, хоть и чудом, но на пять баллов. Команда за тебя глотки кому угодно перегрызет, историю войны и вообще мира мы знаем наперед лет на сто. Пусть и поверхностно… Не дрейфь. Устроиться можно.

— Тебе хорошо говорить, это ты на четверть века помолодел. А за что мне двадцать лет добавили? Ты в курсе, что Руднев через десять лет помереть должен? И каково мне будет жить в его шкуре, зная, сколько ему, то есть МНЕ, осталось?