Ну ясно-понятно. Кураторша от конторы мыла голову ему (как имеющему большое влияние лично на меня), он — мне.

— … Эти люди, несмотря на все их заслуги «тогда» в деле «цифровизации» страны, имеющиеся и будущие… учитывая всё, что вы о них рассказали, могут… когда-нибудь… где-нибудь… с кем-нибудь… сказать то, что не надо. Вы меня, Иван Юрьевич, хорошо понимаете?

Ну да. Конечно, прекрасно понимаю. Я так-то и сам ранее заявил, что в «швятые 90-е» как-бы не больше половины из них оказались за рубежом. С одной стороны, какая — никакая свобода в научных контактах присутствует и сейчас, с другой стороны, утечка мозгов «тогда» была просто ужасающей. И что было делать таким, как условные «Брябрин и К», если родная страна, в условиях расхлёбывания последствий развала СССР и кое-какерских реформ решила сделать ставку на нефть и газ и на «мы всё, что надо, купим»? Вот и бежали… мозги на ножках туда, где за их содержание и способность их применить платили баксами, дойчмарками, шекелями и позже евро.

Понятно, что «второй раз» все «вовлечённые и высокопоставленные» такие предусмотрительные и считают, что «ныне ничего такого не допустим!»

Ага, ага.

Но перестраховочка не помешает.

Тем более в таком деле, как «сведения из другой ветви будущего».

В-общем, ни словом, ни намёком не проболтайся, тащ попаданец:

«Ты у нас супервундеркинд, вот и выкручивайся как хочешь сам, в общении, профессиональном и вне работы с недопущенными, раз большого реального дела желаешь…»

Так что «Брябрину и К» всё придётся доказывать без ссылок на «опыт будущих времён». И несмотря на весь скептицизм при взгляде реально умных голов на 8-летнего типа.

Пусть и лихо юзающего клаву.

* * *

Следующий день. Брябрин В. М. (начальник лаборатории программного обеспечения персональных ЭВМ Вычислительного центра АН СССР).

Неожиданный для многих (но предсказываемый некоторыми, в том числе и тем, кто отправил его сюда) успех за океаном «новинки от IBM», был отмечен в Союзе и в прошедшем году «его собственный» сектор обработки символьной информации, после знакомства с возможностями образцов IBM PC, был преобразован в «лабораторию ПО ПЭВМ».

И именно коллективу, возглавляемому Виктором Михайловичем, суждено было стать первым мощным центром разработки ПО именно для «персоналок» — микроЭВМ.

Энтузиазм и аппаратный вес Пролейко, возглавлявшего не только несколько постов в родном тому МЭП-е, но и появившееся «Межведомственное бюро по ВТ и ПО», которое, при поддержке из ЦК, оказалось способным оказывать влияние на решения аж нескольких ведомств — самого МЭП-а, а так же МРП, Минпроса и Академии наук.