Расшевелив что-то? И события покатились сами по себе ранее, чем «тогда»? Или… их кто-то из врагов СССР (внутренних или внешних) стал раздувать раньше, чем «тогда», по собственной инициативе?

Загадки, загадки, почему всем этим голову забивает некая личность из 22 века в своём же юном теле тут, а не КГБ?

Почему эти протоскакуны вообще имеют возможность бузить?

Где работа, тащ Андропов, на профилактику и предупреждение антисоветских провокаций?

Ладно, снова вспоминаем на ходу, что впереди и что случилось «тогда»…

Переворот в советской Прибалтике не случился же сам по себе и только из-за неудачи ГКЧП и всего, что было ранее.

И то, что предшествовало ему, практически никто не предполагал! Народ в 1987-м вообще просто жил своей обычной жизнью — растил детей, обустраивал быт, ждал летних отпусков и прочее.

Наряду с процессом ослабления центральной власти при Горбачёве, примерно 4–5 лет до объявления т. н. «независимости» Латвии (как и других двух советских прибалтийских республик), хватило чтобы свершилось то, о чём никто в страшном сне и не мог представить в том же 1987-м!

Что для СССР 1991-й будет последним годом существования!

Именно со слова «Атмода», как некой фундаментальной базы выдуманной национальной мифологии, конкретно тут — в советской Латвии, всё и началось. До сего были лишь всякие недобитки (со времён ВОВ), пусть часто используемые ЦРУ и Ми-6 и единичные практически городские клоуны, с которыми (первыми и вторыми) без чрезмерных проблем и напряжения справлялись КГБ и МВД.

Измена была внутри советской системы.

В нацэлитах и их обслуге — «культурке».

Предатели двигались вверх вполне легально. Нацэлитчики — по государственно-партийной линии, обслуга из «культурки» получала свои зарплаты, премии и почёт как «инженеры человеческих душ».

Возвращаясь к «идее Атмоды»… за логикой «национального самосознания» предполагалось (и свершилось) что? Верно! Формирование антигосударственных выступлений — сперва в «мягкой», «демократической» форме в виде всяких «балтийских путей» и прочего.

Формирование «национального самосознания» у латышей советских 80-х шло в русле культивирования образа «народа-жертвы» (вот неожиданность то! На самом деле — нет…) при полном параличе противодействия со стороны прогнившей КПСС.

Значительной части общества рассказывалось, как она страдала от другой (сталинский/советский произвол) и всё — далее процесс пошёл самоподдерживающийся. Многие ему с радостью поддались, вместо того, чтобы просто радоваться тому что есть, тому что построили и отстояли в ВОВ предки и самим строить дальше лучшее будущее для всей огромной страны…