нравится и тому подобное. Мне точно что-то говорили, но так я могу перечитывать. И проще

будет отслеживать, у кого из многочисленных родных день рождения. К примеру, у Ричарда

младший брат и сестра в один день родились, но с разницей в год. И через пару дней у детей

день рождения. А то даже на знакомстве с родителями все имена в одно ухо влетели, в другое

вылетели. А теперь у меня есть фото и подпись к нему, как зовут.

— Удобно! — согласилась сестра и украдкой глянула на парней.

— Мы тоже подготовим.

— Анита, ты давно с кругом?

— Эм, знакомы мы почти три месяца, живём вместе почти месяц. Просто два месяца я провела в

больнице.

— Тин, ты давно у сестры живёшь?

— По сути с субботы, — вздохнула сестра.

— Постой, мы же в субботу виделись! — сказал Георг.

— Да. Вы просто не застали звонок от матушки. Потому я у Аниты переночевала, а утром

поехала домой. Мы поссорились сильно, и после этого я приехала пожить к сестре. Потому что

мама потребовала, чтобы я вас бросила.

Парни, мягко говоря, напряглись, но осмыслив услышанное, чуть расслабились.

— Потому обустраивайте своё семейное гнёздышко. У вас две недели на это. После дня рождения

стоять между вами не буду.

Парни довольно заулыбались.

— Кхм, сейчас будет скандал. Чья-то бывшая пассия очень злая.

К своему несчастью я отодвинулась немного вместе со стулом, чем привлекла её внимание. И в

меня без слов выплеснули стакан воды. Потом она что-то начала верещать и обвинять. Но только

мне нельзя мочить свои слуховые аппараты. Всё же это электроника, их коротнуло. Было очень

больно, запахло палёной кожей и волосами. Я быстро отодрала их от головы. Сестра пыталась

обтереть меня салфетками. А у меня от боли всё плыло перед глазами. Ощутила, как кто-то

накрыл места, где были слуховые аппараты, салфетками. А потом была спасительная темнота.

Очнулась в больнице. Рядом были мои парни и сестра, сразу заметила, что Тина заплаканная и

опухшая от слёз.

— Был повод рыдать?

— Анита! — подлетела сестра и по новой разревелась.

Её передали в объятия её парней, а меня обняли мои.

— Когда домой? — спросила у них.

— Сегодня. Ждали, пока ты очнёшься. Тебе придётся некоторое время походить без слуховых

аппаратов. Сможешь?

— Да, — сказала неуверенно. — Проблема лишь в том, чтобы отличить устную речь от мысленной.

Осторожно дотронулась за ухом, там уже был пластырь.

— Тебе обработали специальным средством. Заживёт быстро, до недели, но нельзя аппараты

одевать.

Состояние было шатающееся, сильная слабость. Потому из больницы меня уносили на руках. Пока

ехали в машине, спросила:

— Долго я была без сознания?