Пожала плечами.

— Любимая, это не сон, мы тебя любим и хотим делать приятно.

Неуверенно кивнула.

— Мы не будем настаивать, чтобы ты прямо сейчас посмотрела всё.

— Спасибо.

Мои любимые унесли меня в нашу спальню. Своими ласками помогли расслабиться и уснуть уже

полностью довольной жизнью.

Утром проснулась от тихой ругани Ричарда и Тины. Натянув чью-то футболку, что была мне как

платье, вышла в гостиную.

— Что за повод ссориться? — спросила сонно.

— Меня из квартиры не выпускают!

— Привыкай, теперь только под охраной.

У сестры даже слёзы на глазах выступили.

— Тина, — взмолился растерянно Ричард, — а если на тебя нападут?!

— Кто?! — всхлипывая спросила сестра.

— Да мало ли?!

— Я что, теперь никогда сама не смогу пойти на улицу?!

— У меня, поверь, тот же вопрос.

— Девочки, — простонал Ричард. — Моя профессия накладывает отпечаток. И после того, как на

тебя, любимая, нападали, я боюсь повторения. А по вам видно, что вы сестры!

— И? У нас ещё две сестры, похожих на нас. И в школу они сами добираются без чужой помощи,

— сказала Тина.

— Тим с Томом будут через час, тогда и погуляете. Попрошу, чтобы дали вам ощущение

самостоятельности.

— Мнимое, — буркнула сестра и ушла в свою комнату.

Муж подошёл ко мне и ласково обнял, провёл рукой по спине. Понял, что на мне только

футболка.

— Это чистый соблазн...

Ушла в нашу спальню. Тут тоже был комод, и в нём было только наше бельё и футболки, чтобы

из спальни минимально одетыми можно было выйти.

Днём занялась подарками. Оказалось, мне подарили много украшений, их сложила отдельно.

Потом отдельно отложила бельё — его хотелось померить при парнях. И ещё были сладости, много

сладостей. Для них на кухне нашла пустую полочку. Раньше меня удивляло, почему она пустая, а

она вот для чего.

Из разных приятных мелочей были мягкие игрушки, несколько блокнотов, ежедневников и просто

красивых тетрадок — таких, в которых можно вести дневник. В прошлой жизни я вела дневник в

чём-то похожем. Нашла даже ещё несколько купальников раздельных — как по мне, слишком

откровенных. Их переложила к кулёчкам с нижним бельём.

— Анита, — позвала тихо сестра.

— Заходи.

— Ну уж нет! — пискнула она. — У меня слишком свежи воспоминания, мама тогда так злилась.

Брр, до сих пор зад болит, как вспомню. Я хотела с тобой поговорить кое о чём.

Закрыла шкаф. Да, тут вдвоём не сесть. Пошли к ней в комнату. Тим с Томом сидели на диване,

нас проводили любопытным взглядом. Сестра прикрыла двери и тихо сказала:

— Мне, собственно, кроме тебя и спросить не у кого. Не у мамы же спрашивать о таком! —

кивнула ей, хотя уже видела её вопрос. — Это больно? Ну, первый раз? Поговори со мной об