И главное, молчит, предложений не озвучивает и ждёт, медведеподобный гадёныш. Наверняка уверен, что я продешевлю. Где бы я расценки-то узнал? По пути из темницы?

Хе-хе, ну ладно.

— Конечно узнал, — улыбнулся я и, не дожидаясь, начал выводить цифру. Успел провести небольшую дугу сверху и параллельно озвучил:

— Думаю, девять серебряников будет достаточно.

— СКОКА-СКОКА-А-А?!!! — с распахнутыми от ужаса глазами подскочил Сеня.

Да что там Сеня! Даже Потапыч челюсть уронил и уставился на меня так, будто я сказал, что сборная Уганды стала чемпионом мира по хоккею. Хотя я даже не уверен, что в этом мире есть Уганда. И хоккей…

Но я всё-таки остановил перо, потому что требуемый эффект был достигнут. Капля чернил скатилась по острию, и я сделал небольшую кляксу прямо на договоре.

— Что-то не так? — с невинным взглядом поинтересовался я. — Думаете, маловато?

— ДЕВЯТЬ СЕРЕБРЯНЫХ! — прохрипел Потапыч. — Гриня, ты чё, совсем башкой поехал?! Какие, на хрен, девять серебряных?!

— Да у нас такую сумму только лучшие мастера Холмограда получают! — вставил своё веское слово Сеня.

Опа-на! Я сменил невинный взгляд на ехидную усмешку, и Потапыч тут же понял, что они угодили в мою ловушку. Точнее, угодил Сеня.

— Знаешь, сынку, — пробурчал Потапыч и медленно опустился на стул. — Тебе б язык зашить, столько проку было бы…

— А? — не понял предъявы Сеня.

— Не, вот тут не согласен, — помотал я головой и закончил выводить девятку.

Если честно, я думал сойтись на середине. Они, скорее всего, предложили бы три серебряника, или даже меньше. А то и не серебряники вовсе. В общем, думал, шесть — хорошая цена. Пока Сеня не рассказал про лучших мастеров в городе.

— Думаю, всё честно, — улыбнулся я.

Потом ещё раз прочитал последние абзацы договора и поставил свою роспись. Придумывать ничего не стал. Имя, фамилия, отчество — всё моё, настоящее, как и подпись.

— Честно?! — захлопал глазами Сеня.

— Агась, — кивнул я.

— И с чего ты вообще взял, что мы такие условия примем? А?! — продолжил возмущаться Сеня. — Как там тебя… — глянул в договор, — Григорий Александрович Трапезов! Не проще ли тебя пинком отсюда, и дело с концом?!

А потом он так зыркнул в сторону своего батяни, будто смог меня уесть.

Э-эх, жалкая попытка.

— Ты ж сам сказал, Сень… кхм, — поправился я, — Арсений Ефимович. Девять серебряных у вас получают только лучшие мастера в Холмограде, так?

— Так! — кивнул он. — Но при чём тут…

— А я ведь и есть лучший мастер! — заявил я с широкой лыбой во все тридцать два.

Кстати, надеюсь, тут развитая магостоматология. Иначе я отказываюсь от попаданства, ну его на фиг!