- Вон там, — сказал Тейлор, указывая на рисовые поля.
Лана прищурилась, защищаясь от яркого солнца. Впервые она увидела несколько рядов согнувшихся над землёй деревенских жителей, сажающих рисовые саженцы. Их кожа была загорелой, а одежда — испачканной грязью. Конические шляпы скрывали их лица. Яркое отражение от воды, доходившей до щиколоток, в которой они работали, затрудняло их обнаружение. Они наверняка слышали приближение машины, но никто из них не посмотрел в сторону Ланы, не говоря уже о том, чтобы помахать рукой или окликнуть её.
— Не слишком-то гостеприимная компания, да? — сказала она.
— Да какая разница? — ответил Тейлор. — Мы не собираемся здесь задерживаться. Поехали.
— Подожди секунду, Ти, — сказала Лана. — Я бы сначала хотела поговорить с кем-нибудь из них…
— А как насчёт него? — Карен указала на реку. В тени дерева на берегу реки стоял мужчина. Он смотрел прямо на них. Как и остальные на рисовых полях, он не обращал внимания на их присутствие.
Лана помахала рукой. Он не ответил на этот жест.
- Странно, — сказала Карен, и в её голосе прозвучала нотка беспокойства.
- Наверное, они просто не привыкли к посетителям, — ответила Лана. - Ребята, подождите здесь. Я сейчас вернусь.
Лана направилась к реке, чувствуя себя как нарушитель на частной территории, проигнорировавший все таблички «ВХОД ВОСПРЕЩЕН» и «НАРУШИТЕЛИ БУДУТ ПРИВЛЕЧЕНЫ К ОТВЕТСТВЕННОСТИ.
Дверь одной из лачуг справа от неё была приоткрыта. Проходя мимо, она не заметила никого внутри. Однако в соседнем обветшалом здании мужчина дремал в гамаке с шляпой, накрывшей лицо, а в тени на крыльце женщина сидела на деревянном ящике и кормила грудью младенца.
-Xin chào! — сказала Лана, улыбаясь.
Женщина не ответила, и Лана задалась вопросом, что, черт возьми, здесь происходит. Дело в Тейлоре Лейне? Потому что он белый? Некоторые вьетнамцы, пережившие войну во Вьетнаме, до сих пор питали предрассудки. Они помнили воздушные налеты, напалм и «оранжевый агент. - Они пережили эпоху, когда всё, что пришло с Запада — музыка, джинсы, танцы, книги — было объявлено злом по официальному указу. Но в наши дни такие настроения встречались редко благодаря бурно развивающейся экономике, подкреплённой иностранными инвестициями, и правительству, проводящему прозападную политику. За более чем десять лет, прожитых Ланой в Ханое, она могла пересчитать по пальцам, сколько раз ей приходилось сталкиваться с кем-то, открыто враждебно настроенным по отношению к американцам. Чтобы целая деревня придерживалась таких взглядов, было неслыханно.