После недолгого совещания и вдумчивого изучения виртуальной карты прилегающей к реке местности было принято решение так и поступить, благо более короткой дороги к линии фронта, собственно говоря, и не имелось. Вариантов действий предполагалось всего два: загодя переправиться на восточный берег и, войдя во взаимодействие с подразделениями корпусного комиссара Сусайкова и 1-й Московской СД, воспрепятствовать форсированию гитлеровцами реки. Или же, наоборот, остаться на западном берегу, ударив фрицам во фланг, и уже после этого потихоньку перебираться на противоположную сторону. Причем не в районе Борисова, где после очередного вмешательства в «исторический процесс» наверняка начнется жуткий хаос и неразбериха, а где-нибудь в сторонке, подобрав подходящее место. Поскольку переправляться с боем было, как минимум, глупо — с одной стороны, опасно, особенно для не защищенных бронекостюмами людей, с другой — не стоило с первых же минут привлекать к группе излишнего внимания, что со стороны гитлеровцев, что наших.

Разумеется, Батищев всеми силами ратовал за первый вариант, стремясь как можно скорее воссоединиться с подразделениями РККА, обеспечив передачу сверхценной информации в Ставку (правда, каким именно образом, он, как сразу же честно признался, пока понятия не имел, обещая «придумать что-нибудь на месте»).

Локтев с десантником же, наоборот, склонялись ко второму, поскольку, если исходить из временного расклада, одновременно выполнить и то и другое они просто не успевали. Начнут подыскивать подходящую переправу — немцы, как уже упоминалось, форсировали водную преграду не только в районе города, а на почти тридцатикилометровом отрезке береговой линии — потеряют время, и фрицы захватят мосты, как и произошло в прошлый раз. Конечно, переправы можно рвануть и с восточного берега, но сколько фашистов успеет переправиться — неизвестно. Опять же возникает вопрос координации действий с регулярными частями Красной армии, что тоже никак не решится за полчаса. Да и огневые позиции у космодесантников в этом случае оказываются менее выгодными: стрелять придется через достаточно широкую реку, что нежелательно. И дело даже не в дистанции, а во множестве сопутствующих факторов, о которых Владимир подробно распространяться не стал — мол, не столь важно. Но про массовый отстрел бронетехники почти наверняка придется забыть…

С мрачным лицом выслушав доводы оппонентов, Батищев с глубоким вздохом признал:

— Ну, тут вы, похоже, всецело правы, товарищи. Доставить данные в Москву задача, как говорил товарищ Ленин, архиважная, спору нет, но и фашиста как следует потрепать — дело тоже ничуть не менее актуальное. Если германцы успеют хоть пару танковых рот на тот берег переправить, да при поддержке усиленной пулеметами пехоты, много наших поляжет. Да и время нашим товарищам нужно — насколько я понял, мы подойдем в аккурат к тому моменту, когда последние курсанты через реку перейдут. Решено, бьем гадов во фланг, тем более что они подобного наверняка не ожидают!