Ранее — в середине ноября, Сталин, после подведения первых итогов акции возмездия на встрече с «группой Мерецкова» и на расширенном заседании ГВС Красной Армии, подтвердил решение о том, что в конце декабря СССР должен провести «Атомный рейд-2» с помощью 5 новеньких атомных бомб, которые будут в арсенале СССР к тому времени. Решительно ломать позиционный тупик на фронте «войны по новому», когда немцы уже не могли больше решительно наступать совсем, а советские ещё не могли, они, помня «иное будущее», рассчитывали не жизнями советских солдат и кровавой «наукой побеждать» для их — сталинских военачальников, а путём атомного террора с небес по территории, промышленности и населению Германии!

Итоги первого «Атомного рейда» очень впечатлили советских генералов. И сам Сталин логично предполагал, что лучше, если СССР будет вываливать каждый месяц на Германию по паре-тройке (чуть позже- больше!) атомных бомб, планомерно превращая все её крупные города в радиоактивные развалины, заваленные трупами, чем платить за Победу за аналогичные промежутки времени по сотне тысяч жизней своих солдат..

Однако, ещё больше, чем впечатлили и порадовали советских военачальников и членов Политбюро, итоги «атомного рейда» устрашили всю верхушку Германии. Что и, вкупе с потерей германского вождя, на личности которого многое держалось в нацистском режиме, послужило причиной быстрого согласия большей части германских верхов на «разговор на территории северных нейтралов»..

1 декабря в советском посольстве (немцы выступали в роли просителей!) в Швеции начался стартовый разговор. Тет-а-тет. Полномочный представитель СССР Александра Михайловна Коллонтай и немецкий посол князь (принц) Виктор цу Вид (Wilhelm Friedrich Adolph Hermann Viktor Prinz zu Wied), которому приходилось буквально выдавливать из себя «предложение о перемирии».

Указания из Берлина были однозначны — достичь или хотя бы приблизиться к сепаратному миру с Советами. С изъявлением готовности отступить с территории СССР.

Выжившие из верхов Германии хорошо оценили объём мгновенных потерь того страшного дня, когда мир увидел «новое оружие, переворачивающее ход войн».

Посол ныне точно знал, что сам Гитлер, его официальный (с 1939 года) преемник Геринг и Гиммлер погибли в адском огне одной из атомных бомб большевиков в Мюнхене, куда все они, как старые партийные товарищи отправились отмечать известное событие 1923 года..

А следующим наследником фюрера, по тому же объявлению Гитлера в рейхстаге 1 сентября 1939 года, был Рудольф Гесс и он, в отличие от вышеперечисленных остался жив, хотя и должен был быть, по предположению посла там же, в Мюнхене.