Он подставил под луч безотказную "монтану".

— Вот. Сейчас уже начало четвёртого. Скоро, по идее, рассвет. Можно остаться и тут. А там будет день и будет пища. — Чувство юмора с уходом головной боли потихоньку возвращалось. — Ваш вариант, сударь?

— Ладно, знаток географии. Как там у вас в авиации? Приземляйся на резервный аэродром, — Славка первым плюхнулся всей тушей на траву и хлопнул по земле рядом с собой. — Будем заправляться и прогревать двигатели. — Доставая из-за пазухи фляжку с коньяком, не способный надолго впадать в уныние, включил он «бодряка».

— Вот это дело! Хотя с закусью у нас проблемы. — Одобрил Торопов.

— Зато денег — полные чемоданы…

И они еле слышно рассмеялись, сил на большее просто не осталось.

Допив коньяк и отдышавшись, друзья почувствовали потребность действовать или хотя бы обсудить обстановку.

— Тёма, и долго нам так сидеть? Толку? Твоя версия про обесточивание — почти наверняка — не в дугу, хотя, признаюсь, вышла удачной. Тогда вопрос — а где мы вообще? Стоит это выяснить и как можно быстрее.

— Можно пойти к реке. — Размышляя вслух, отозвался Артем. — Иртыш по идее во-о-он там, — он махнул в потемках и сам понял, что сглупил — друг совершенно точно не мог разглядеть в потемках его жеста. — Но я бы спешить не стал. Темно, еще ноги поломаем. Рюкзаки тяжелые.

— Вопрос в другом. Мы сейчас сидим в каком-то лесу. Ни одного признака цивилизации вокруг. Ближайший лес в городе — это парк на Красной Звезде. Но, согласись, так далеко мы проползти никак не могли. Это с одной стороны. Если мы все еще на территории твоей воинской части — то утром нас обнаружат и повяжут. Так что надо уходить как можно дальше.

— Я не знаю, где мы, но точно не там. Некому приходить и вязать. Батарейки в фонарике сдохли. Разве что костерок развести или факел сделать…

— Почему бы и нет? Факел — это тема. Один минус, с ним нас точно спалят сразу. Ночью мы будем очень заметны издалека. — Проявляя непривычную для себя осторожность, отозвался Вяче.

— Ты чего-то опасаешься?

— Всего. Мы чудом выжили. Вокруг не пойми что. У нас два рюкзака, битком набитые старинными купюрами в отличном состоянии. Не меньше двухсот пачек, по сотне банкнот в каждой. Двадцать тысяч штук. Условно будем считать, что каждая стоит по три бакса. Смотря, какого года. Итого шестьдесят тысяч долларов. По тридцать на каждого. И это не считая твоей медали. Я эту арифметику к чему привел? Ходим мы такие с факелом в ночи и с мешками денег, блин… Может, и правда лучше до утра переждать…

— А я о чем?

— К слову, в районе твоей воинской части леса на картах отмечались только до сороковых.