— Отлично выглядишь, мам.
— Знаю, но спасибо, — расплылась она в улыбке. — Замечательное место. И… надеюсь, я тебя не разорила?..
— Пустяк. Если хочешь, буду тебя сюда водить периодически.
— Хочу! Но… думаю, это дорого…
— Мам, забудь про это слово, — потребовал я, и мама опустила голову, мило улыбнувшись. Я же посмотрел на Дашу. Девушка тоже изменилась. Лицо очистилось, волосы всё ещё короткие, но теперь приятного коричневого цвета. Да и во всём остальном изменений хватало.
— А ты как? Выглядишь довольной.
— Очень… Аж самооценка поднялась. Спасибо, что показал это место. Хоть для меня и дорого, но мне дали уйму полезных советов! Только одно это всё окупило! А ещё сделали заказы. Подзаработаю!
— Понятно. А сам массаж как? И купальни?
— Х-хорошо… Было божественно… — смутилась та.
— Представляю… — вспомнил я лисичек.
Вскоре мы приехали домой. Я занялся работой, Даша — тоже, мама — отдыхом, и так пролетело два дня. Наступила ночь на среду, и мы едем в Аниву! Точнее, я еду… Но не отдыхать, а рисковать жизнью…
Глава 19
Залив Анива — жемчужина юга Сахалина. Тёплая вода, тридцать с лишним километров великолепных пляжей, богатая экосистема и прекрасный вид.
Всё это было засрано, уничтожено и доведено до такого состояния, что МЧС официально запретило купаться на пляжах Анивы. Мол, здесь нет официальных постов спасателей, нет медобеспечения, и не выполнены все условия для безопасного отдыха. И, вспоминая новости прошлых лет, вода в какой-то момент стала настолько опасной, что могла нанести вред здоровью…
В общем, купаться нельзя. Но когда это останавливало людей? Благо, сейчас, спустя десятилетия, да ещё и по решению суда, строятся очистные сооружения.
Ну и мы же Сахалин, туристический остров. Вот и пытаются привести нашу жемчужину в достойный вид. Дай бог, смогут. Но пока что купаться нельзя.
И сейчас мы приехали к одному селу, рядом с которым расположен крупный агрохолдинг. Думаю, нет смысла говорить, кто именно загадил Аниву… Точнее, внёс самый значительный вклад.
Но ладно, сейчас не до ворчания. У нас важное дело…
— И как её достать? — спросил Лёха, глядя на плывущий чёрный остров из слизи. Но нет, это не слаймы, это хуже. Медузы!
— Плыть! — захохотал крупный мужчина, и мы все уставились на него. А там вместо ног рыбий хвост, ведь он — «русалка». Точнее, русал. Ну или водяной, по-нашему. Одет в футболку, на голове — кепка козырьком назад, на шее — золотая цепочка, на пальцах — четыре кольца. В руках же трезубец.
Чуть в стороне с девчатами стояла эффектная девушка. Чуть пухленькая, грудастая, щекастая и в купальнике. В руках тоже трезубец. Но девушка держала ладонь на лице. Стыдно за «отца-скуфа». За что именно стыдно, я так и не понял.