Там сидела Ирина и выглядела она неважно. Точнее очень плохо она выглядела! Будто сейчас спрыгнет со скалы. Пальцы дрожат, взгляд мокрый, плечи опущены, вид отстранённый. Закрылась в себе и занимается самобичеванием?..
И самое главное… Что это у неё там на шее? Здоровенное чёрное пятно! Оно разбухает и шевелится, словно под ним какие-то крупные паразиты!
Выглядит это жутко… И это зарождается личный демон? Самобичевание создаёт негатив, из которого и растёт демон… Вот значит, как оно происходит… И как мне теперь поступить? Ирина, судя по всему, ненавидит себя. И сильно! Что подтверждает навык Невербалика.
Но мне вообще не хотелось лезть в эту тему, потому что она была, мягко говоря, неприятной. Пусть я уже давно позабыл про Морозову, и теперь она для меня посторонний человек, но увиденное всё равно оставило осадок. Как ни крути, а разочаровался я в ней.
Вот только после тех лисичек уж точно не мне строить из себя святого и осуждать Ирину. Я-то стыда не испытываю за то, что сходил к ним…
А Ирина… Если довести человека до отчаяния, он способен на любую глупость. Знаю, видел, ощущал… Мир! Почему всё так сложно в этой жизни?..
— Не помешаю? — спросил я, и Морозова вздрогнула.
— Нет… — тихо ответила она, но на меня не смотрела. Так что я просто присел и ничего не говорил. На море смотрел, как и девушка.
— Я на ординатуру не поступила на бюджет… — заговорила она, — А денег на продолжение учёбы не было. А без ординатуры мой максимум — это медсестра… Но работа медсестрой — это ад за тридцать тысяч рублей в месяц! Не этого я хотела! И я уже отчаялась, как поступило предложение от Конева…
Ирина посмотрела на меня и даже без навыка вижу, что она ищет поддержку. Хоть какую-нибудь, и отчаянно нуждается в ней…
— Леона сказала потерпеть, — продолжила девушка. — Мол, всего пара дней позора, зато и на учёбу хватит, и жизнь наладится… Но когда ты застал нас, до меня дошло, на какой ужас я подписалась, и я окончательно возненавидела себя…
— Я потребовал от него удвоить сумму. Он заплатил? — не нашёл я что ответить, кроме этого. Иначе она так и продолжила бы самобичевания. И с каждым её словом демон на её шее рос всё сильнее и сильнее.
— Ты?.. — удивилась она и подняла мокрое лицо. — Да, заплатил… Два миллиона… Но он сказал, что это так извиняется передо мной…
— Если бы, — хмыкнул я и объяснил: — Я ещё потребовал от него, чтобы он больше не прикасался к вам всем, иначе покажу его отцу этот компромат. Так что можешь не бояться Конева. И всем остальным передай.
— Спасибо… — тихо ответила та, и по лицу покатились слёзы. Похоже, она наконец-то расслабилась. Даже демон слегка задрожал. Наверное, от недовольства.