Посмотрев на ребят, я пошёл к домику, где раздевалки. Там были коридор и четыре пронумерованные двери. Тимур сказал, что мне нужна третья раздевалка, и я зашёл, а там… Голые Ирина с Антоном, и, думаю, понятно, что там происходит…

— Миша! — выкрикнула Морозова от шока и, отскочив от парня, прикрылась руками.

— Стучаться не учили? — фыркнул, я бы сказал — моральный урод, но тут подходит иное слово. Более матерное.

— Конев, вот давай без этого? — сохраняя спокойное выражение лица и расслабленность, попросил я. — Ты сам пригласил меня сюда, чтобы я увидел это отвратительное зрелище. Не трать моё время и переходи к делу.

Тот продолжил смотреть на меня и, кажется, слегка подзавис. Он явно не этого ожидал от меня. Морозова тем временем уже одевалась и вскоре выскочила из раздевалки.

— Удивил ты меня, Конев, удивил. Думал, ниже пасть некуда, но тут со дна постучались, — сказал я и помахал ладонью. — Говори уже, что нужно-то тебе?

— А ты не понимаешь? — фыркнул Антон и начал надевать трусы. — Мне нужна Полина. Я хочу её!

— А я тут причём?

— Помоги мне остаться с ней наедине, — уверенно заявил этот моральный урод.

— Ты — дурак? Подставлять подругу, чтобы ты её изнасиловал? Я не ты, Конев, и так не поступлю.

— Не говори таких страшных слов. Всё будет по обоюдному согласию. Как с остальными, с записью согласия на телефон! — уверенно заявил тот. — Уверен, и Полина не откажется, когда узнает, что я готов ей предложить миллион.

— Сильно сомневаюсь, что она согласится.

— Ошибаешься, Миха, всё и все покупаются! Вопрос лишь в цене! — оскалился тот, но видя, что я твёрд на своём, изменил подход: — Взамен хочешь Ирину? Я знаю, ты её всегда любил… Одно лишь моё слово, и она будет твоя до конца поездки. Хоть что исполнит. Будет твоей сексуальной рабыней и исполнит любые твои сексуальные фантазии! Если мало… Хочешь Леону и остальных?

Я смотрел на него и видел, как чернеет его кожа, как растут рога и появляются копыта. Антон упивается тем, что унижает и ломает других людей. И, пожалуй, я не буду его очищать. Зачем? Пусть его душа сгниёт, а жизнь превратится в кошмар…

— Ну что скажешь? — спросил демон, чьи глаза запылали красным.

— Скажу, что ты ***. Вот серьёзно, Антон. Ты и раньше был ничтожеством, которое самоутверждалось за счёт слабых, а сейчас ты превзошёл самого себя в убогости. Столь мерзкого человека ещё стоит поискать.

В этот момент сюда ворвался Витёк, который явно хотел наброситься на меня. И он был сильно удивлён тем, что мы просто разговариваем.

— Хах, ты хотел спровоцировать меня, чтобы я набил тебе рожу, и ты бы потом шантажировал меня уголовкой? — рассмеялся я и увидел, как меняется лицо Конева. — Это было предсказуемо, и хорошо, что я взял с собой телефон. Улыбнись.