Внезапно осознав все вокруг, я глубоко вздохнул.

Нужно ли мне молиться? Слушает ли меня кто-нибудь? Имеет ли это вообще значение?

Мир и все мои чувства казались обостренными. Я слышал движение транспорта вдалеке, шум и гул кондиционера за окном, кровь, бурлящую в моих венах, стук сердца в груди, медленный и ровный ритм дыхания. Я ощущал влагу в глазах при каждом моргании, чувствовал, как трепещут и задевают друг друга ресницы, чувствовал вкус - я чувствовал вкус своей слюны и остатков ополаскивателя для рта так, как никогда раньше, - даже он был более острым и четким. Видения моего детства, которые ускользали от меня раньше, предстали в живых красках, проплывая перед моим мысленным взором. Сцены из неудавшейся жизни, моей жизни, следовали за мной, но даже тогда я все еще видел себя таким, каким был когда-то: молодым, здоровым, сильным и счастливым. Теперь все это казалось таким давним и постепенно исчезало, погружаясь во тьму вместе со всем остальным.

Мир вокруг горел, и ничто не казалось реальным, но это была суровая и необузданная реальность в самом лучшем ее проявлении. А может, и худшая. Впрочем, как и во всем остальном, возможно, не было никакой разницы.

Я закрыл глаза. По лицу потекла слеза.

Странный звук донесся до меня как будто издалека. Я вытер лицо и глаза тыльной стороной свободной руки, другой крепче сжал бритву и на мгновение прислушался. Что это был за шум?

Стук. Кто-то стучал в дверь. В мою дверь.

Нет, подумал я. Никто не стучит. Это у тебя в голове, какой-то первобытный защитный механизм сработал, чтобы отвлечь тебя от текущей задачи.

Мой коттедж был одним из нескольких, расположенных вдоль частично заросшего лесом обрыва с видом на океан. Но для миссис Мюир, которая была слишком пожилой и дряхлой, чтобы дойти от своего дома до моего, и Альберта Смита, моего хозяина и ночной совы, жившей со своей девушкой Карлой в коттедже по другую сторону от моего и, скорее всего, еще спавшей, остальные коттеджи были сезонной арендой, которую занимали туристы.

За дверью никого нет, сказал я себе. Не отвлекайся.

Я посмотрел на лезвие, такое острое и смертоносное. Сделай это.

Странно. Это был мой голос в голове или чей-то другой?

Стук повторился, на этот раз громче и настойчивее, и старая дверь загрохотала от натиска. Кто-то определенно был там.

Может, кто-то что-то продает, подумал я.

Я ждал, надеясь, что они сдадутся и уйдут, но стук продолжался.

Меня пронзила дрожь, когда в голове зазвучал далекий и бесплотный голос.

Подойди и посмотри, - сказал он. Подойди и посмотри...