— Холодное оружие действует лучше, — дополнил я, глядя, как отрубленная конечность падает в густую траву, орошая её алой кровью.

Тем не менее потеря части тела тварь не остановила. Культя покрылась фиолетовой пеной, которая тут же стал принимать форму утраченной конечности.

— Ускоренная регенерация. Правда, после повреждения головы процесс прекращается, — воткнув Аспид в прямо в углубление странного черепа, на секунду остановился, наблюдая, как многочисленные жёлтые глаза, которыми были усыпаны внутренние стенки, сфокусировались на мне.

Возникло неприятное ощущение, будто кто-то посторонний через них наблюдает за мной, но времени играть в гляделки не было, да и броня попискивала, предупреждая, что тварь продолжает источать едкое облако.

Так что, сделав движение рукой, отправил глазастую «тарелку» следом за отрубленной рукой, а сам повернулся к тварям, бегущей следом за первой.

Пулемёт десантника работал непрерывно, но даже его устрашающей мощи не хватало, чтобы остановить надвигающуюся на нас волну.

Но тут с неба посыпались моя остальная команда во главе с Кабановым и сопровождавшими их десантниками.

Причём по манере приземления было сразу понятно, кто где.

Так бравая десантура, повторяя в точности телодвижения моего «сопровождающего» моментально включалась в бой, становясь неподвижной огневой точкой, в то время как тот же Кабанов, который таким способом высаживался первый раз, просто кубарем покатился по траве, прямиком к щёлкающему жвалами монстру.

Но, прежде чем я успел среагировать и подстраховать товарища, сверху на рано обрадовавшуюся тварь приземлился боец Меркулова, превратив ту в кровавый блин.

— У-о-о-о-ё, на мою девушку упал десантник, лишь на миг я отвернулся,… — внезапно на общей волне затянул подскочивший с земли Кабанов.

Слушая его завывания, я лишь покачал головой. Каждый по-разному реагирует на свой первый прыжок.

У парня он и вовсе происходил в экстремальной ситуации, так что выплеск эмоций, пусть и таким странным образом, не был чем-то необычным.

Тем более, пропев пару куплетов этого древнего гимна первых космодесантников, Серёга переключился на более полезный способ сброса напряжения, а именно на нарезание монстров.

Впрочем, с учётом нашего резко увеличившегося количества, сильно душу отвести на бедных созданиях он не успел. Те попросту кончились, наевшись свинца.

В небе тем временем оказался подбит уже третий, последний дирижабль.

Здоровенная махина, сбрасывая с себя покорёженные бронепластины, словно шелуху, пыталась удержаться в пылающем небе, приковывая к себе внимание противника и отвлекая его от десанта.