— А были случаи, когда вы мне лгали или что-то утаивали? —прищурился я.

— Я серьёзно, мой патриарх, — уже немного раздраженно произнес мужчина. — Дочка тянется к вам, это видно всем, и по городу уже идут слухи. Вам мало Морозовой, или вы собираетесь организовать гарем? Нет, понимаю, что патриарху столь древнего рода такое дозволяется, но я прекрасно осознаю положение Крис и то, что максимум что ей светит это стать наложницей.

Я не удержался и хмыкнул. И кто успел слухи про Морозову пустить? То-то последнее время я заметил некое напряжение между Анастасией и Шпилькой. Забавно будет, если выйдет, что источниками слухов были они сами и теперь дуются друг на друга из-за выдуманных вещей.

Очередной головняк, с которым нужно будет разобраться по приезду. Не хотелось бы возвращаться в город и оказываться между двух шипящих друг на друга девушек. Мне подобного общения с аристо за глаза хватает.

— Это не смешно, Игорь Владиславович, — воспринял мой смешок на свой счёт Сидорович. — Я понимаю, что даже статус наложницы довольно почётен, но нам предстоит долгий и уж точно кровавый, путь наверх, и я не хочу, чтобы дочка пострадала из-за того, что влюбилась по глупости. Тем более, когда она не принадлежит роду.

— Знаете, Кевин, будь на вашем месте кто-нибудь другой, он бы уже поковал вещи для отправки в столицу, будучи изгнанным из рода, — с нажимом произнёс я, наблюдая, как бледнеет чернокожий мужчина. — И нет, не из-за вашей дочери, а за то, что вы считаете, буду я позволю кому-то поднять причинить вред людям моего рода или моим близким.

— Я не сомневаюсь в вас, мой патриарх…

— Сомневаетесь, а значит, допускаете возможность поражения, а значит, рушите само основание нашего рода, — покачал я головой. — Но на этот раз я вас прощаю. Будем считать, что ваши отцовские инстинкты на мгновение преобладали, но наша беседа смогла привести вас в чувства. Следующего разговора уже не будет.

— Я вас понял, мой патриарх, — слегка поклонился Андерсон, а я почувствовал, как обжигает спину взгляд Шпильки. — Разрешите идти?

— Кевин, — остановил я уже повернувшегося мужчину. — Повторюсь. Я позабочусь о ней, независимо от того, будет она принадлежать роду или нет. И нет, ни я, ни кто другой не посмеет на неё давить, принуждая к чему-либо.

— Спасибо, Игорь Владиславович, я вас понял, — посветлел лицом мужчина. — Я буду держать себя в руках, и подобного больше не повторится.

Мужчина ещё раз поклонился и ушёл следить за подходящей к концу погрузкой, а я краем глаза отметил, как ему наперерез устремляется Шпилька, уже почти забравшаяся в бронетранспортёр.