В скором времени в моей сумке лежал не только вожделенный рецепт устройства, но и все непострадавшие в ЧП детали «отбиратора», на которые он разлетелся. Сейчас идентифицировать их не было времени, поэтому запихнул в сумку всё, что под руку попалось, благо инвентарь у меня почти пуст, а потому влезло довольно много запчастей.

В надежде найти ещё что-нибудь полезное стал ползать по полу и шарить вокруг руками.

Собрав ещё несколько предметов, столкнулся лбом с инженером, который от столкновения вроде бы немного пришёл в себя.

Он оглядел всё вокруг и, вероятно, не увидев своей разработки, застыл в изумлении, таращась на дыру в стене. А потом, наверное осознав потерю, вскинул руки вверх, устремил взор в потолок и, горько заплакав, запричитал:

— Светлые боги! За что вы так покарали бедного слугу своего⁈ За что на меня напала такая напасть⁈ Ведь всё, всё пропало! Все записи и сам «Изыматель П» полностью уничтожены! За что вы так на меня разгневались, о несправедливые боги⁈

Глядя на эту картину, я содрогнулся от полноты горя, кое в одночасье постигло несчастного гоблина. Я проникся его грустью так, что в один момент даже стал подумывать о возвращении рецепта и найденных мной деталей инженеру, но вовремя одумался, вспомнив, что я тут вообще-то не просто так нажиться пытаюсь, а выживаю как могу. А также и о том, как этот милый плакса буквально минуту назад с кровожадной ухмылкой обещал меня выпотрошить.

«Нет уж, — сказал я себе. — Таким явно сумасшедшим учёным столь сильное оружие в руки давать категорически нельзя. Они и сами себя прикончат, а заодно и полмира. И если с первым можно было бы смириться относительно легко, то вот со вторым многие разумные смиряться, скорее всего, не захотели бы».

Обдумав это, решил горе-инженеру ничего из продвинутых технологий не отдавать. А чтобы хоть как-то подбодрить гоблина, подобрал с пола два бургера, которые недавно у меня изъяли, и протянул один из них рыдающему ушастику.

— Съешьте. Это вам поможет.

Тот с благодарностью принял подарок, сел и, тяжело вздохнув, стал кушать.

В этот момент из серой пыльной дымки к нам подошли наши потрёпанные судьбой и взрывом охранники.

Вид у них оказался более чем непрезентабельный. Латы помяты, в нагрудниках виднелись пробоины. Было видно, что им хорошенько досталось. Этого, собственно, и следовало ожидать, ведь они стояли позади «отниматора», а следовательно, и от ударной волны пострадали больше всего.

Старый Тиль поднял руку, прошептал заклинание, и оба охранника окутались светло-жёлтым светом.

«Ясно. Подлечивают себя», — понял я, доедая такой же гамбургер, что дал и гоблину.