— Сволочи проклятые! — заскрежетала зубами паладинша и начала пытаться вырваться из оков. — Сволочи! Была бы моя воля, я бы всех их…

— Успокойся, Моли, — произнёс ПапаБосс. — Сейчас мы ничего не можем сделать.

— Н-да, вот влипли, — расстроенно вздохнул Консильери и обратился ко мне: — Так, значит, коротышка сказал, что половина упавших с нас брони и оружия твои?

— Да, — кивнул я.

— И предложил выкупить твою долю за деньги?

— Не выкупить, а оплатить стоимость хранения.

— И какова сумма?

— 2 375 золотых монет в день.

— Почему именно столько?

— Гном сказал, что общая ценность вещей составляет 570 000 долларов. Моя половина оценивается соответственно в 235 000. С меня они требуют один процент в день с моей доли.

— Вот же скоты! — заревела Моли и от бессильной злобы вновь стала пытаться освободить руки и ноги.

Повисла напряжённая тишина. Все понимали, в какую финансовую пропасть падаю не только я, но и они. После суда всем становилось очевидно: корпорация своего не упустит, а значит, гномы ни за что не смягчат условия.

— Слушай, Элай, что-то не сходится, — неожиданно произнесла разбойница. — Ты знаешь о сумме, которую можно получить за, гм, — она чуть запнулась, — за твою так называемую долю. Так почему ты не нашёл в реале относительно небольшие деньги, чтобы выкупить экипировку, продать её и, выручив четверть миллиона долларов, безбедно жить? Ведь судя по твоим словам, в реале ты не шибко богат.

Довод был крайне логичный, и все присутствующие уставились на меня.

— Я не могу этого сделать, если бы даже захотел, — буркнул я и, чтобы закончить все вопросы на скользкую тему, отрезал: — Не скажу почему. Это личное. Вам достаточно знать, что я этого не сделал. Вот и всё.

— Что ж, ребята. На часть вопросов ответы мы, как мне кажется, получили, — задумчиво произнёс ПапаБосс, тяжело вздохнув. — Во всяком случае, лично мне кажется, что по бутербродам, — со стороны паладинши донёслось громогласное бурление расстроенного желудка, — тоже всё вполне ясно. Эту подставу могли сделать только админы. И наш человек это косвенно подтвердил, удалив запись падения нашего рейда. Также это подтверждает и состоявшийся сегодня суд, который и судом-то сложно назвать — судилище, а не суд. Пришёл гном, о чём-то пошептался с судьёй, и та нас с нашими претензиями послала далеко и надолго. А если учесть тот факт, что на все наши письма администрация отвечает однообразной формулировкой, что всё в пределах игрового процесса, то, по-моему, явный кидок налицо.

— Сволочи! Твари! — вновь зашипела ХолиМоли. — У нас же межклановые соревнования на носу. Как мы выступим на арене, если весь костяк клана голый?