в сером кимоно и накидке, волос на голове нет, мечей тоже, к поясу подвешено несколько мешочков. Судя по запаху — там лекарственные травы. Рядом лежит сумка на лямке. Внутри видны бумажные конвертики, подписанные иероглифами. Это, стало быть, врач. Придерживая одеяло рукой, я сел. Троица японцев тут же поклонилась мне. Причем девушка и врач сделали глубокий поклон, прижав руки к татами и коснувшись пола лбом, самурай — тоже отдал низкий и почтительный поклон, но все-таки менее фундаментальный, чем у соседей. Вот за что я люблю японские ритуалы (хоть и ругал их раньше), так это за информативность. Взять те же поклоны. Сразу видно, кто альфа-самец, кто кому обязан или выше по статусу. Ну что ж, пора расставить все точки над «i». — Кто вы и где я? — спросил я после короткого ответного поклона. Троица тревожно переглянулась. — Господин, а вы разве не помните, кто мы? — Седой самурай ожидаемо взял инициативу поддерживать разговор на себя. — Представьте себе, что нет. — Этот средневековый театр уже начал меня раздражать. Еще один безмолвный обмен взглядами. В глазах прекрасной японки появились слезы. Вот только женских слез тут не хватало. — Господин, а вы помните, как вас зовут? — вступил в беседу врач-колобок. — Что за глупые вопросы, конечно, я… — И тут мой взгляд упал на желтоватые, жилистые руки, которыми я держал одеяло. Ступор. Неужели… я откинул одеяло. Боже, я все еще в теле японца. Меня повело в сторону, но девушка успела подхватить меня с одной стороны, а доктор — с другой. — И ничего страшного, все в порядке, так бывает, — зачастил врач, — после ушибов головы люди, бывает, теряют память. Это временно, это пройдет. Сейчас мы сделаем настоечку на чернокорне, поставим иголочки… Девушка тем временем взяла колокольчик, что лежал рядом с ней, и позвонила. Сёдзи открылась, и я увидел с обеих сторон дверей бритые лбы двух самураев. Быстрый взмах веером: — Позовите мою служанку Юкки! Пусть принесет чаю. Скорее же! Тем временем седой придвинулся ближе ко мне и заглянул в глаза: — Господин, вы совсем ничего не помните?! — Где я? Какой сейчас год? Кто вы? — На меня в очередной раз накатила тошнота и слабость. Хотелось лечь и закрыть глаза. — Меня зовут Симодзумо Хиро, — представился самурай. — Я генерал и хатомото [12] армии провинции Сатоми. Вы находитесь в столице Сатоми — крепости Тиба. Сейчас пятый месяц сацуки седьмого года Тэнмона. Очень информативно, просто зашибись. Однако если с местным летосчислением — полный пролет, то месяц сацуки показался мне знакомым.