И «сталкеры» не подвели — уже через четверть часа они спустились на лифте в огромное гулкое помещение. Гулкое потому что абсолютно пустое. Ни единого грузового контейнера, ни единого завалящего ящика или какой-то ещё упаковки. Ни-че-го.

Неизменный состав «мозгового центра», так и торчавший в общей «дополненной реальности», обменялся частью недоумёнными, частью понимающими взглядами, а Терентьев ещё и буркнул:

— Вот жлобы!

— Может, просто аккуратисты? — возразил Вайс.

— Как ты, что ли? — огрызнулся бывший кап-3 с «Латника». — Получается, дойчи руку приложили?

— Почему это? — возмутился уже Краузе.

— По логике! — пригвоздил его Терентьев. — Если аккуратисты, то педанты, а педанты у нас известно кто. Ну а если сойдёмся на моей версии про жлобов, то получаются братья-славяне.

— А может, просто опытные, — примирил я спорщиков. — Чует моё сердце, в остальных трюмах картина аналогичная. Да и на других посудинах тоже.

— Ты знаешь что-то, чего не знаем мы, Алекс? — с подозрением покосился на меня Терентьев.

— Не-а. Просто предполагаю. Да и вы сами уже об этом подумали, зуб даю!

— А поподробнее? — хмыкнул Краузе.

— Это не случайные жертвы.

— И?..

— Да ты чего такой тугой, симатта⁈ — влез Рин. — Это чей-то схрон. Кто-то в «отнорок» транспортники специально загнал, предварительно полностью разгрузив. Знать бы ещё, зачем.

— Зачем разгрузил? — удивлённо зыркнул я на кэпа.

— Зачем в схрон загнал, — пояснил тот. — И как.

— Элементарно — своим ходом. До первой «червоточины».

— Ладно, допустим, предположим, — согласился со мной кэп. — Но ведь проще на чёрную дыру направить, или реактор в разносный режим вывести. И никаких следов.

— Насчёт чёрной дыры я бы поспорил, кэп. Если вдруг до горизонта событий гравитацией не разорвёт, то так и будет посудина до скончания веков как бельмо на глазу торчать. Для стороннего наблюдателя, естественно.

— Это просто ты у нас до фига умный, Алекс, — огрызнулся Рин. — Но всё равно, реактор взорвать проще. И надёжней.

— А может, они и направляли на чёрную дыру? — предположил Вайс. — Только ни одна лоханка до неё не добралась, все раньше «провалились».

— Как обычно, редко, но метко! — похвалил дойча кэп. — Съел, Алекс?

— Такое прокатило бы один-единственный раз, потом даже я задумался бы, — вступился за меня Терентьев. — А тут минимум семь. Давайте, убеждайте меня, что это не специально.

— Да кто бы спорил, — хмыкнул я. — Следовательно, вопрос «зачем» в силе.

— И кто, — поддакнул Вайс.

— Известно кто, — буркнул кэп, — контрабандисты называются.

— А почему не просто пираты? — подал голос Терентьев.