— После ссор? — хмыкнул я.
— Нет, с самим наличием таковой! — отрезала ненаглядная. — И всё, Елагин, давай сменим тему! Что ты там сказать-то хотел, а? Или… я угадала, и Илья Фаддеевич тебя уже «осчастливил»?!
— Поменьше сарказма, дорогая, — буркнул я. — Хотя ты права. Он и «осчастливил». Знаешь, кто претендует на мою руку и сердце? Ну и на всякие сопутствующие ништяки типа денег, а также всего движимого и недвижимого имущества?
— Да откуда мне! — всплеснула руками Лерка. Вернее, попыталась, но только запуталась в простыне. — Я уж думала, так и не скажешь! Еле вытерпела!
Хм… точно ей Розанов хвост накрутил. Раньше она бы ждать не стала, сразу с расспросами полезла, ещё на этапе пожирания мною бутеров. А тут гляди-ка, ни словом, ни полсловом, пока я сам этот разговор не завёл! Вернее, я-то о другом говорить собирался, но она очень ловко вывернула на нужную ей тему. Растёт над собой Лерка, однозначно растёт. Но я пока даже не пойму, нравится мне это, или ну его на фиг.
— Ну и кто? — нетерпеливо повторила девушка, когда задумчивая пауза несколько затянулась.
— Станислав Аверин, — брякнул я без всякой задней мысли.
— Чего?! — изумилась Лерка. — Этот старый хрыч?! Он же женат, и дети у него есть, взрослые! А всё туда же, на молоденьких… пацанов?! Хотя с чего бы?!
— В смысле, на деньги и движимое-недвижимое, — поспешил уточнить я. — Посредством брака по расчёту между мной и его дочерью, Людмилой.
— Милка?! Да она же страшенная! И доска доской!
— Вот и я тоже не в восторге, радость моя.
— Н-да… а что Илья Фаддеевич?
— Послал, конечно! — дёрнул я плечом. — Но лишь временно, потому что окончательно и бесповоротно нельзя.
— Думаете, жизнь нам будут портить?
И снова хм… надо же, Лерка уже и в хитросплетениях клановых семейных уз разбираться начала, и мыслить категорией «мы», то есть конкретно род Елагиных, а не только мы с ней лично. Однозначно растёт. И скоро, если будет такими темпами продолжать, превратится в настоящую светскую львицу… то есть станет такой же, как и подавляющее большинство сокланов женского пола. И вот оно мне надо? Я к Лерке из-за её самобытности (в основном) и прикипел. Будь она изначально леди-аристо, даже бы и не глянул в её сторону.
— Не думаем, точно знаем! — заверил я зазнобу. — Да, собственно, уже! И на таможне, и на Кар… — вовремя прикусил язык я. — Короче, не заморачивайся пока. Но отец прав: корень наших бед именно вы, Валерия Николаевна. Вернее, ваш статус и некоторая поспешность его обретения.
— Вот это номер! — возмутилась Лерка. — Офигел, Елагин?! Это же ты меня в наложницы звал! Не терпелось, видите ли, ему! А я отказывалась!